17 августа 2016
13301

Женщины без страха и упрека

Они дрались зонтиками, обсыпали политиков мукой, носили в сумочках молотки и не боялись сесть в тюрьму. Помогло ли это женщинам добиться цели? Да. Но нескоро.

Принято считать, что суфражизм (от англ. suffrage — «избирательное право») зародился в конце XIX века в Великобритании и Соединенных Штатах. Но если вспомнить, что слово suffrage ровно так же переводится и с французского языка, то можно обратиться к временам Французской революции, когда в 1791 году появился первый по сути феминистский манифест «Декларация прав женщины и гражданки». Автор его, журналистка и писательница Олимпия де Гуж, также призывала к замене церковного брака гражданским и законному праву на развод. Ее слова «женщина имеет право подниматься на эшафот; она должна также иметь право всходить на трибуну» оказались пророческими. Восторженно принятая ею поначалу революция предоставила де Гуж «право на эшафот».

Журналистка и писательница Олимпия де Гуж

В 1795 году француженкам и вовсе запретили появляться на любого рода политических собраниях. А взошедший в 1804 году на трон Наполеон издал указ, согласно которому женщина лишалась всех гражданских прав и должна была находиться под опекой у отца или мужа.

Я думала, как из этого сделать судебное разбирательство, тюремное заключение. Просто за то, что я сорвала заседание, меня не посадят. Я должна оскорбить полицейского. Но как это сделать?.. Я не могу его ударить, мои руки заломлены назад. Я не могу даже наступить ему на ногу...


Вернемся в Англию XIX века, где движение за женское равноправие заявило о себе в полный голос. Основным документом феминисток стала работа английского философа Джона Стюарта Милля «Подчинение женщин» (1869 год), где он утверждал: «Законодательная поддержка подчинения одного пола другому вредна». С этим были согласны все. В остальном же в движении возникли разногласия. Национальный союз феминисток и Женская либеральная федерация, в которую входили женщины с учеными степенями, видные общественные деятельницы, признавали только мирные методы борьбы. Представители левого крыла — и Женская лига свободы, и Национальный женский социальный и политический союз, основанный в 1903 году Эммелин Панкхерст, — были настроены значительно более радикально.

Шумные похороны

Первая акция союза датируется 20 октября 1905 года, когда Кристабел Панкхерст (дочь Эммелин) и Анни Кенни ворвались на собрание либеральной партии. «Меня схватил полицейский, — вспоминала Кристабел. — Я думала, как из этого сделать судебное разбирательство, тюремное заключение. Просто за то, что я сорвала заседание, меня не посадят. Я должна оскорбить полицейского. Но как это сделать?.. Я не могу его ударить, мои руки заломлены назад. Я не могу даже наступить ему на ногу... Я решила плюнуть...» Женщины выходили на демонстрации и вставали в пикеты, устраивали сидячие забастовки на рельсах, приковывали себя к оградам и нанимали дирижабли, чтобы на Лондон обрушился дождь листовок. Их сажали в тюрьмы, а они объявляли голодовки, их кормили насильно, а они выходили и снова боролись за свои права.

Для начала были устроены пышные похороны билля. Тысячи плакальщиц в траурных нарядах, крича и стеная, шли по центральным улицам за тележкой, в которой лежал облаченный в саван «билль». В избирательные урны опрокидывались пузырьки с кислотой, в почтовые ящики засовывались тлеющие тряпки

Тактика принесла определенные плоды: в 1907 году в парламенте был образован специальный комитет, который затем ежегодно предлагал закон о предоставлении женщинам права голоса. И каждый год этот закон благополучно отклонялся. В 1910 году к власти пришли либералы, и у суфражеток, как их тоже называли, вновь появилась надежда. Но одобренный в палате общин билль, в котором предлагалось предоставить право голоса женщинам, обладающим необходимым имущественным цензом, правительство «положило на полку» — до лучших времен. Что ж, война так война, решили дамы.

Для начала были устроены пышные похороны билля. Тысячи плакальщиц в траурных нарядах, крича и стеная, шли по центральным улицам за тележкой, в которой лежал облаченный в саван «билль». В избирательные урны опрокидывались пузырьки с кислотой, в почтовые ящики засовывались тлеющие тряпки. 1 марта 1912 года в условленное время неспешно прогуливающиеся по центральным улицам дамы достали из сумочек молотки и булыжники и расколотили вдребезги все витрины. Заодно пострадала крыша оранжереи, где выращивались редкие сорта орхидей. Газеты тогда писали, что всего было разбито около 400 витрин, ущерб исчислялся примерно £5000, арестовали более сотни суфражеток, некоторых оштрафовали, другие провели в тюрьме от недели до двух месяцев. В заключении они продолжали борьбу — устраивали голодовки и вербовали новых сторонниц.

В том же году была организована серия поджогов — гольф-клубов, почтовых отделений, железнодорожных станций. Без всякого пиетета относились женщины и к представителям закона, пытавшихся их утихомирить, — лупили полицейских сумками, зонтами и всем, что попадалось под руку. Дошло до того, что разгуливающие с сумочками и зонтиками дамы стали вызывать большее подозрение, чем самого затрапезного вида бродяги.

Свежо и празднично

Действительно, внешняя респектабельность перестала быть залогом законопослушного поведения. Приверженки идеи и сочувствующие им, руша стереотип об активистке в мешковатой мужской одежде, стремились, чтоб их образ привлекал и радовал глаз — особенно когда дело касалось акций, парадов, шествий. В 1908 году Эммелин Панкхерст разработала цветовую гамму движения: фиолетовый, обозначавший преданность и достоинство, белый, символизирующий чистоту, и зеленый — надежду.

Ее дочь, Сильвия Панкхерст, воспитанница Королевского художественного колледжа, разработала фирменные знаки. Триколор немедленно украсил женские шляпки, сумочки, пряжки на туфлях, броши, которые на ура расходились в крупных универмагах. Лучшими модельерами шились белые платья с отделкой фиолетовым и зеленым. Одна из старейших фирм, Mappin & Webb, в 1908 году выпустила каталог ювелирных изделий, в которых сочетались, в частности, изумруд, лунный камень и аметист. Коллекция была буквально сметена суфражетками и их поклонницами. Не возбранялось также определенное сочетание полудрагоценных камней или финифть. Носившие «знаки отличия» легко узнавали друг друга в толпе и чувствовали свою причастность к лучшим представительницам человечества. Так что часто борьба за идею начиналась с посещения магазина и желания следовать моде. Суфражизм стал престижен.

«Продолжай сражаться...»

Их побаивались — полицейские, чиновники, торговцы и особенно политики. Даже «бездушный пьяный мужлан» Уинстон Черчилль (тогда — Первый лорд Адмиралтейства) был вынужден завести телохранителей — суфражистки пригрозили похитить его сына. До похищения дело не дошло, но вот зонтом не испытывающему особого пиетета к воинственным амазонкам политику досталось: в Бристоле на будущего премьер-министра напала суфражистка Тереза Гарнет и с криком: «Английская женщина заслуживает уважения! Знай об этом, грязная скотина!» — врезала что есть силы.

Постоянной травле подвергался и тогдашний премьер-министр Герберт Генри Асквит. В его доме били стекла, колотили по ночам в дверь, наклеивали на нее скандальные плакаты. Однажды суфражистки-велосипедистки напали на самого Асквита — они остановили его автомобиль, а сидевших в нем людей обсыпали мукой.

6000 соратниц Дэвисон промаршировали мимо Букингемского дворца к церкви Святого Георгия в Блумсбери, где состоялось отпевание. На пурпурных знаменах были написаны последние слова Жанны д'Арк: «Продолжай сражаться — и Бог дарует тебе победу»

С членом правительства Дэвидом Ллойдом Джорджем поступили жестче: в его новый дом в графстве Суррей подложили бомбу. Сделала это неустрашимая Эмили Дэвисон, за свою «карьеру» активистки успевшая девять раз отсидеть в тюрьме.

Позже Эмили стала символом движения, погибнув на дерби в Эпсоме под копытами королевской лошади. Зачем 40-летняя женщина кинулась наперерез коню, доподлинно неизвестно. Есть версия, что она хотела прицепить к сбруе флаг суфражисток с девизом «Право голоса — женщинам».

Происшествие не потрясло основ, но было воспринято монаршей семьей как досадное недоразумение. Вернувшись со скачек, король Георг V записал в дневнике, что те оказались «сплошным разочарованием», а королева Мария послала жокею Герберту Джонсу пожелания побыстрее оправиться от ущерба, нанесенного «жестокой лунатичкой». Зато, по свидетельству очевидцев, в день похорон Эмили «весь Лондон затаил дыхание». 6000 соратниц Дэвисон промаршировали мимо Букингемского дворца к церкви Святого Георгия в Блумсбери, где состоялось отпевание. На пурпурных знаменах были изображены последние слова Жанны д'Арк: «Продолжай сражаться — и Бог дарует тебе победу».

Победа

Суфражистки на демонстрации

Противостояние казалось бы бесконечным и бесполезным, но во всем мире дело потихонечку сдвигалось с мертвой точки. Еще до начала активных действий в Англии, в 1893 году, избирательное право получили женщины Новой Зеландии. В 1902 году подтянулась Австралия. В британском парламенте закон о предоставлении избирательного права состоятельным женщинам в возрасте старше 30 лет был принят после окончания Первой мировой войны. А полной победы (для всех женщин, независимо от социального положения и дохода) британки добились в 1928 году. Этот год одновременно стал и последним годом жизни Эммелин Панкхерст. Журнал «Тайм» включил ее в список ста самых выдающихся людей ХХ века: «Она создала образ женщины нашего времени, перенеся общество в новое измерение, откуда нет возврата».

В победе, несомненно, сыграло роль и то, что этим отчаянным женщинам удавалось убедить в своем праве и правоте все больше мужчин — политиков, аристократов и простых людей. Так, жокей Герберт Джонс, бросивший после трагической истории в Эпсоне скачки, неожиданно появился на похоронах главы Женского социально-политического союза с венком, где было написано: «В память миссис Панкхерст и мисс Эмили Дэвисон».

Комментарии
Здесь пока никто не написал =(
Оставить комментарий
Необходимо авторизоваться
Загрузка...
Участники клуба
Обратная связь
Cпасибо!
Ваше сообщение было успешно отправлено.
Подпишись 
на наши новости
Cпасибо!
Вы только что подписались на нашу рассылку
Путешествия это не то, в чем ты разбираешься. Это то, что ты делаешьГейл Форман