18 вопросов женщине-пилоту

 

Почему-то все считают, что пассажирскими самолетами управляют исключительно мужчины. Мы развеяли этот миф, поговорив с Марией Уваровской — пилотом авиакомпании «Аэрофлот»​.

 

— Вы семь лет в авиации, на настоящий момент — командир воздушного судна. А с чего началась ваша карьера пилота?

— С аэроклуба. Я занималась высшим пилотажем на спортивных самолетах. Есть небольшой опыт прыжков с парашютом и полетов на планере. Параллельно я училась в гражданском вузе. На тот момент не думала, что буду летать профессионально, но уже на третьем курсе поняла: все серьезно. Я закончила вуз, немного поработала и уже затем получила летное образование.

Не думаю, что работай я по «более женской», специальности, у меня было бы больше свободного времени

— И тогда вы были уже уверены, что станете пилотом?

— Я была уверена, что всерьез хочу этим заниматься, но препятствия казались непреодолимыми. Гражданская авиация была голубой мечтой, которую я считала несбыточной. Тогда я думала, что работа инструктором в аэроклубе — мой потолок, и даже не представляла, что когда-нибудь переступлю порог «Аэрофлота». Устроиться на работу было сложно даже уже профессиональным пилотам. И все же я решила сделать все от меня зависящее, чтобы быть спокойной: я хотя бы попыталась.

 

— Но ведь мало получить образование, нужно еще налетать определенное количество часов?

— Я попала именно в тот момент, когда начался регресс в спортивной авиации. Удавалось налетать семь с половиной — девять часов в год, это очень мало. Аэроклубы упразднялись, полеты стали платными. У меня не было связей и финансовых возможностей. Я использовала любой шанс, и мне удавалось, что называется, оказаться в нужное время в нужном месте.

 

 

— Что это была за возможность?

— Мне предложили работу в Череповце. Там находится большой градообразующий комбинат и при нем есть авиакомпания «Северсталь». Меня приняли как второго пилота Як-40 и пилота-инструктора в местный аэроклуб. Всегда с теплотой вспоминаю то время. Первые шаги в гражданской авиации и профессиональные полеты в спортивной, отличный коллектив небольшой компании, где все друг друга знают. Очень многие друзья по первому образованию меня не понимали: почему нельзя заработать деньги и летать в свое удовольствие. Тем не менее, это было сознательное решение, и я очень рада, что риск оправдался.

 

— То, что вы выбрали мужскую профессию, никого не смущало? Непонимание вызывало скорее отсутствие ясных перспектив?

— Друзья вне авиации пожимали плечами, а пилоты понимали и радовались за меня.

 

— Близкие поддерживали?

— Родные видели мой серьезный настрой. Никто мне не препятствовал, не противоречил, хотя на тот момент было абсолютно непонятно, что из этого выйдет. То, чего я достигла, — заслуга моих родителей, они всегда поддерживают меня.

 

— Работодатель рискует, когда берет на работу женщину?

— Я считаю, что риска в этом нет — какая разница, какого пола специалист.

Обычно две крайности — либо говорят: «Выбирай все что хочешь, мы оплатим — ты у нас одна», либо: «Возьми пиджак для бортпроводницы и пришей шевроны на рукава»

— Есть ли у женщин-пилотов какие-либо преимущества перед пилотами-мужчинами?

— На мой взгляд, женщины более склонны к дисциплине, выполнению технологических процедур. Для нас не характерно стремление к риску, авантюрам. По своей природе мы больше стремимся к безопасности. Исходить нужно из возможностей каждого отдельного человека. Мне кажется, самое главное для женщины, выбравшей мужскую профессию, — не выделяться, не требовать к себе особенного отношения. Просто выполнять свою работу, чтобы руководство понимало: перед ним нормальный специалист.

 

— Считается, что в нештатных ситуациях женщине сложнее сохранить хладнокровие. Согласны?

— Не знаю, я не могу позволить себе паниковать. Все, видимо, индивидуально.

 

 

— Но у вас бывали опасные моменты в работе?

— Сложные моменты бывают, но это часть нашей работы. Мы обучены действиям в любых непредвиденных ситуациях. Конечно, все предугадать нельзя, но то, что можно сымитировать, мы отрабатываем на системных тренажерах, которые позволяют создать абсолютно реальную картину происходящего: движение, различные погодные и ветровые комбинации и даже дым в кабине. Это необходимо для подготовки и понимания собственных возможностей. Сама вероятность возникновения непредвиденных ситуаций сведена к минимуму технологией нашей работы: мы постоянно перепроверяем работу наших коллег. Например, перед полетом в осмотре самолета участвуют как технический персонал, кто непосредственно готовит машину к рейсу, так и сами пилоты независимо друг от друга осматривают важные детали. Не говоря уже о том, что в кабине мы всегда перепроверяем действия друг друга. При таком подходе возможность ошибки человека сведена к минимуму.

 

— Как справляетесь с перегрузками?

— В спортивной и военной авиации понятие перегрузок другое, при выполнении фигур сложного и высшего пилотажа они весьма ощутимы и с ними нужно уметь справляться. У нас же гораздо сильнее на здоровье влияет ненормированный график, сломанные биоритмы. Самое трудное — это ночные рейсы. Мой личный способ справляться — за день до и после полета ничего не планирую, выключаю телефон и сплю столько, сколько необходимо. Это помогает. Не секрет: работа пилота сложна. Чтобы посвятить себя авиации, нужно этим жить. Мне очень нравится быть частью большого и серьезного дела.

Женщина–пилот — это все-таки непривычно и неудобно: индивидуальный пошив формы, опасение, что она уйдет в декрет

— Почему женщина-пилот — редкость?

— Думаю, играют роль стереотипы. Если есть выбор между хорошо подготовленными пилотами разных полов, работодатель может выбрать мужчину, потому что не хочет сложностей. Женщина–пилот — это все-таки непривычно и неудобно: индивидуальный пошив формы, опасение, что она уйдет в декрет и закончит на этом летную карьеру. Хочется поблагодарить работодателей, которые не акцентируют внимание на этих моментах, а рассматривают профессиональные качества своих специалистов. В этом смысле «Аэрофлот» лидирует — в нашей компании 15 женщин-пилотов, из которых три КВС. Я надеюсь, что это постепенно станет нормой.

 

 

— И для 15 женщин разработана специальная форма? В ней предусмотрена юбка?

— По международным стандартам мы обязаны носить китель, брюки, фуражку. Причем у нас индивидуальный пошив — для «Аэрофлота» это важно. Я знаю, что на некоторых авиапредприятиях девушки справляются сами, подбирают, ушивают. В небольших компаниях обычно две крайности — либо говорят: «Выбирай все что хочешь, мы оплатим — ты у нас одна», либо: «Возьми пиджак для бортпроводницы и пришей шевроны на рукава».

 

— Приходилось ли вам сталкиваться со скептическим отношением со стороны работодателей?

— Я не помню, чтобы приходилось упираться в стену мужского недоверия. Если очевидно, что единственная мотивация — серьезное увлечение делом, почему бы не дать человеку возможность поработать? При условии, конечно, что он действительно соответствует всем требованиям.

Мне комфортно работать в мужском коллективе, я думаю, даже комфортнее, чем в женском

— А как относятся коллеги-мужчины, например второй пилот?

— Поначалу, конечно, оценивающе. У некоторых в глазах читается: «Посмотрим, какой ты командир». Это довольно быстро проходит, как только он убеждается, что я на своем месте. Кстати, основная часть моей работы — управление командой. Важно не только то, насколько мягко ты пилотируешь и сажаешь самолет, но и умение организовать экипаж, чтобы все работали слаженно, спокойно и с хорошим настроем. Психологическая обстановка очень важна. У нас есть специальные занятия, где мы в процессе розыгрыша той или иной нестандартной ситуации отрабатываем варианты взаимодействия, разбираем детально причины и последствия различного поведения. Таким образом такая серьезная угроза безопасности полетов как человеческий фактор. В целом мне комфортно работать в мужском коллективе, я думаю, даже комфортнее, чем в женском.

 

— Как реагируют пассажиры?

— Конечно, удивляются. Иногда узнают: «А мы с вами уже летали». Приятно видеть, как скептическое отношение людей сменяется улыбками и благодарностью.

 

 

— У вас наверняка очень насыщенный график, как вам удается совмещать семью и работу?

— Я бываю дома практически каждый день, потому что летаю на среднемагистральных самолетах — несколько часов туда и обратно. Несколько раз в месяц летаю в командировки — на один день максимум. Вообще, женщины сейчас очень востребованы. Приходится выбирать: либо ты ведешь активный образ жизни, либо сосредоточена на доме. Дети, семья, брак — это колоссальная работа, очень достойный путь. Здесь нет правильного выбора — каждый решает для себя. Не думаю, что, работай я по «более женской» специальности, у меня было бы больше свободного времени. А когда мама и жена — состоявшаяся личность, это благоприятно влияет на атмосферу в доме.

 

— Что будете делать, если ваша семилетняя дочь захочет тоже стать пилотом?

— Дочке интересна моя профессия, сейчас она хочет идти по моим стопам. Но у нее все очень быстро меняется: сегодня она решает стать пилотом, а завтра — учительницей. Это очень сложно и важно — понять, чего именно ты хочешь. Если я увижу ее серьезный интерес к какому-то делу, не стану мешать. Я, как и мои родители в свое время, сделаю все от меня зависящее, чтобы мечта моего ребенка осуществилась.

28
Читайте также
Комментарии
Бобёр Древесный
3
Потрясающая девушка!
Чтобы написать комментарий, вам необходимо авторизоваться или зарегистрироваться.