Туда, где рождается ветер

Мечты должны быть либо безумными, либо нереальными, иначе это просто планы на завтра. Несколько лет подряд Маньпупынёр был моей мечтой. Честно говоря, я не знала, как к ней подступиться. Я предлагала бывалым туристам сходить на плато и взять меня с собой. Они говорили: сложно, неинтересно, много комаров. И не шли. Я заразила всех домашних этой идеей, мы разрабатывали маршруты, высчитывали провиант, но страх перед неизвестностью останавливал. Я так долго ждала единомышленников, что чуть не рассталась с этой мечтой навсегда.
И вот.. То ли звёзды сложились, то ли пора пришла, то ли, наконец, я решилась. Еду! Одна. Пусть Северный Урал, а не Крым, пусть комары и прохладно, пусть 100 километров по тайге, пусть скальник, курумник и прочие неприятности. Еду, потому что хочу.
Написала в туристическую фирму «Северный Урал» (фирма с нордическим характером), и стала готовиться. Точнее не готовиться. Ну-у, чтобы не спугнуть удачу. А потом, уже ближе к моему выезду, мне позвонили и сообщили, что группа на данный маршрут не набирается. Но выход есть всегда: мне предложили проводника манси, проживание в горных модулях и несколько усеченный маршрут: до Маньпупынёра - на вертолёте, до горы Отортен – на вертолёте (там меня и оставят жить в горном модуле), до перевала Дятлова и обратно соответственно, пешком, а потом снова на вертолёте до поселка Ныроб.
В общем, идея мне понравилась, и я согласилась.



Из Перми, от «Замка в долине» , автобус с туристами, которые ехали на плато на один день, стартовал в деревню Ныроб, где находится вертолётная площадка, и я была с этой группой.
Первый день вылететь не получилось, «неба не было».
На следующий день вылет состоялся.



Полёт на вертолёте. Это, безусловно, ожидание чуда, чего-то необычного, захватывающего дух. Вертолёт напоминает шмеля, и необъяснимые законы физики: сам тяжелее воздуха, а летит. В вертолёт помещается двадцать два человека, сидят они напротив друг друга, пристегнувшись ремнями, спиной к иллюминаторам. Иллюминаторы, надо отметить, открываются. В вертолёте лететь громко. Очень громко. Знающие люди берут с собой наушники, незнающие – закрывают уши руками. Летит вертолёт не над облаками, значительно ниже, метров 400.
Взлетели, почти все иллюминаторы были открыты. Много холодного воздуха, шума от винтов, и людей, прилипших к иллюминаторам, щелкающих затворами фотоаппаратов. … А внизу, под нами, бушевало зелёное море тайги. Красиво.
Один мой знакомый как-то поделился наблюдением: в городе нет горизонта, поэтому темы разговоров, мысли, переживания, как правило, сводятся к бытовым. А здесь.. Здесь который раз меня посетило чувство восхищения первобытно-первозданной мощью и красотой природы, бескрайностью неба и По небу бежали, нет, не просто бежали, а неслись, как угорелые, рваные облака, нет-нет, да и моросил мелкий дождь. Я испугалась, что вертолёт не сможет долететь до нас, и нам придется совершить переход – пройти 20 километров до более удобной для вертолёта площадки.
- Больше не буду никого по горам водить в этом году, - сообщил мне Андрей. – Осень, скоро выпадет снег.

***

А потом наступило завтра. С утра светило солнца, ветер не бесновался, а дул как-то спокойно, без фанатизма. Мы с Андреем ждали вертолёт. - К 11 часам прилетит, - уверенно заявил Андрей. К 11 вертолёт не прилетел, не прилетел он и к 13, к 14 и к 16 часам. Ещё на взлетном вертолетном поле я слышала, что вылеты разрешено совершать до 17:30. Оставалось ещё немного времени, чтобы узнать, попаду я сегодня вечером в цивилизацию или нет. Хотела ли я уезжать? Нет. Здесь, в тайге я прикоснулась к величию природы, поняла, насколько хрупка человеческая жизнь, отпустила время, прислушалась к миру и к себе, нашла своё внутреннее равновесие. И да. Я хотела увидеть родных, любимых людей, своих друзей и поделиться с ними «дзынем».
Мы услышали звук вертолёта, когда уже перестали ждать. Приземление, какая-то суета, быстрое прощание с Андреем, и вот мы уже взлетаем. Опять шум, люди, тайга в иллюминаторе…
Мечты должны быть либо безумными, либо нереальными.. Нет, не так. Мечты должны быть. Понимаете?
какой-то открытостью горизонта.
Не пролетели мы и часа, а может быть, и пролетели, как увидели ..да, да, их столбы выветривания, а иначе – огромных каменных идолов на плато

Маньпупынёр.



Мань-Пупыг-Нёр – «Малый горный хребет святых духов-покровителей».
По древней мансийской легенде дело было так. Великаны-ёрны (ненцы) решили пойти войной на манси. Поднялись на одну из вершин в верховьях Печоры. Их увидел зоркий и строгий, грозный в своем гневе к любым врагам на своей территории, хозяин гор и всемогущий Святой покровитель манси – Нёр Ойка. Ему не стоило больших усилий одним взглядом превратить враждебных воинов в каменные изваяния. С тех пор они там и стоят. А их вождь со страху уронил свой ритуальный «бубен», который превратился в гору Койп.
Каменные идолы – это не «окаменевшее зло», а «Святые духи-охранители», вечно оберегающие близлежащие территории от посягательств любых неприятелей. Камни и горы в мифологии манси «живут» духовно в определённом измерении времени и пространства, а мы видим только их материализованное состояние.
Есть ещё и географическая легенда, происхождения этого места: у Урала было семь детей, как-то собрались сыновья покинуть родительский дом. Уговаривал их остаться Урал, но сыновьям не терпелось оправиться в путь. Не послушали они отца, пошли прочь от родного порога. Разозлился Урал и проклял их. Окаменели сыновья, остались на родной земле, превратившись в огромные столбы. А сестра их, Печора, вернулась к отцу, но как только тот успокоился и занялся делами, тайно сбежала из дома к Северному ледовитому океану.
Что запомнилось мне.
Чтобы попасть на территорию плато надо получить разрешение в Печоро-Илычском заповеднике. Плато находится под охраной Юнеско, как географический памятник, это одно из семи чудес света.



Ходить по плато можно только рукотворным тропинкам из камня, чтобы не нарушить экосистему, собирать ягоды там тоже нельзя.
Это место силы. Оно буквально переполнено энергией, мощью. Энергия обрушивается на тебя, как тропический ливень. Это ощущение ошарашивает, удивляет, но не пугает. Хотя есть разные отзывы о посещении Маньпупынёра. Кто-то испытывал страх, волнение, кому-то хотелось покинуть малую гору идолов как можно быстрее…
Снова сборы и вылет.



Отортен. ( В переводе – «Не ходи сюда». Высота горы – 1234 м., и считается, что это высшая точка Поясового камня.)



Именно у подножия этой горы в горном модуле (ГМ) мне и предстояло жить. Что такое ГМ? Вообразите себе купе в плацкартном вагоне. Вот так выглядит горный модуль изнутри. Вместо стола там, правда, печка, которую топят пилетами – такими брикетами из опилок. Кроме печки там есть газовая плитка, на которой можно готовить еду, сама еда тоже присутствует, её периодически забрасывают в ГМ. Разносолов, безусловно, не ждите, но крупы, чай и пряники (печенье, конфеты) к чаю там точно будут. Из посуды – две кастрюли, есть аптечка, спички – в общем, самое необходимое. Там можно подзарядить гаджеты!
А ещё на Отортене есть туалет в виде чума.



Горные модули разработаны и установлены компанией «Северный Урал» для обеспечения выживаемости туристических, экспедиционных и охранных групп в экстремальных условиях горной и таежной местности.
Высадили нас всех на горе, а меня познакомили с моим проводником-манси - Андреем Самбиндаловым.



Прошли три часа, и все улетели. На горе осталась я, Андрей и сотрудник фонда «Вишерский» - Валерий Алексеевич.
Но давайте знакомится с Отортеном. Что меня поразило больше всего? Минимализм. Вот после такого яркого, зелёного, необычного Маньпупынёра, на котором росли ещё пусть маленькие, но деревья, то здесь деревьев не было и в помине. Россыпи камней в пятнах лишайников, шикарный, мягкий мох, в который нога погружалась по щиколотку, огромные черничники, брусничники, ягод там – тьма.



Про деревья. Они есть, внизу - в долине озера, которое называется Лунт-Хусап-Тур – каровое озера гуся, там же берёт своё начало река Лозьва (Лусум-Я).



Озеро имеет овальную форму, чистейшую воду (именно из него мы добывали воду для питья), над озером нависали снежники, не растаявшие за лето. Поход за водой на озеро занимал два часа.
А вечером за чашкой вкуснейшего чая Валерий Алексеевич и Андрей рассказали мне, что гора, на которую нам завтра предстоит взобраться, на самом деле называется не Отортен, а Лунт-Хусап-Сяхл – гора гуся. Произошла путаница в названиях. Чуть дальше к северу находится вершина горы, которая называется Вот-Таратане-Сяхл – гора, рождающая (пускающая) ветер. Горы и озеро в этом районе у манси считаются Священными. И посещать его женщинам запрещено.
Почему женщин не допускали в Священные места, места силы? Насколько поняла я, в местах силы очень много энергий: энергия земли, подземного мира, энергия воздуха и неба. И какое влияние окажет коктейль этих энергий на женщину – неизвестно, а на неё возложена ответственность за продолжение рода.

***

Подъем на г. Отортен.
С утра я попыталась правильно распланировать день.Мне казалось, что нужно с толком провести время и нахватать для себя как можно больше впечатлений. Наверное, все мои размышление отражались на моем лице, и поэтому Валерий Алексеевич посоветовал: ты пытаешь контролировать время, а ты его отпусти. Пропусти через себя, почувствуй его другой ход, ведь в горах время течет по-другому.



До вершины, казалось, рукой подать, ну совсем просто – шаг, и ты уже в дамках, на вершине. А вот и нет. Горы Северного Урала – это горы-матрешки, которые открываются тебе постепенно, затяжные и обманчивые. Мы шли, шли, шли. Ещё один подъем, скалы, курумник разный по своей величине, мягкий мох, потом ещё один подъем, и кажется, конца, и края не будет вот таким подъемам.



Скала Ворота Отортена (некоторые, правда, называют эту скалу Черные (или Золотые)) ворота), высотою она семь метров и находится эта скала не на самой вершине, а немного северо-западнее от неё. Существует легенда, что проходить через эти ворота нельзя, потому что духи-хранители потеряют тебя из вида, и не смогут помочь, в результате на тебя может обрушиться череда несчастий. Осмотрев Ворота со всех сторон, мы отправились дальше. Сначала мы дошли до скал, которые как бы ограждают гору с северной стороны, потом поднялись на вершину. Хочу добавить, что многие туристы в своих заметках пишут про мансийские сани, которые стоят на склоне горы. - Да, эти сани ещё там.
Погода, надо отметить, была шикарной: солнце, чистое небо, красивые виды. И ветер. Очень много сильного, теплого, ласкового ветра. Андрей сообщил мне, что если присмотреться, то отсюда мы увидим останцы на плато Маньпупынёр. Увы, как я не всматривалась, я их не разглядела.



***

На следующее утро мы собирались в переход к перевалу Дятлова. Андрей сообщил, что вещей мы берем по минимуму: спальники, палатки, запас еды. Всё лишнее мы оставили в ГМ, и - в путь! До перевала Дятлова нам предстояло пройти 23 километра.



Сначала мы пошли не по дороге, а напрямую – по горе. Это был настоящий спотыкач: мох, ноги в него проваливаются, вязнут, идти трудно, как зимой по не прочищенной от снега дороге. Но это ещё полбеды: нет, нет, да нога натыкается на камни, которые то торчат из мха, то невидимы вовсе. И ты совсем не готов, что после мягкого погружения в мох, нога встретится с твёрдым камнем, поэтому ноги немного подворачиваются, и ты стараешься идти медленно и продумано. Это мои впечатления. Андрей, как истинный манси и проводник, шел через гору легко и уверенно.
Что мне запомнилось из перехода: очень много ветра. Идти достаточно тяжело: горы, перевалы, тайга.
Наверное, в переходе я начала понимать, что значит отпустить время, пропустить его через себя.
Что меня поразило в этом переходе? То, что в тайге достаточно оживленно, по дороге нет-нет да проезжали люди на мотоциклах, квадрациклах, джипах, и прочих проходимых машинах. Кто-то спешил на Маньпупынёр, кто-то возвращался через перевал в Ивдель, кто-то ехал на рыбалку. И народ в тайге был другой: дружелюбный, спокойный.



Так с гор мы спустились в долину ручья, вдоль которого росли деревья, папоротники, всё было зелено и радовало глаз. Здесь мы, наконец, смогли напиться воды, т.к. в горах воды не было. Немного передохнув, мы отправились дальше.



К вечеру мы вышли к перевалу. Вот он – легендарный перевал. С одной стороны гора – Холат-Сяхл (Гора мертвецов) – столь мрачное название дано этой вершине, потому что на её склонах нет растительности, одни осыпи да камни, покрытые лишайниками, с другой стороны гора– Еных-Холат-Сяхл-сори, по словам Андрея. Её ещё называют – 905. Манси не бывают на горе Холат-Сяхл.
Термином холат (мн.ч.) манси называют мумифицированных, высохших, окаменевших мертвецов.
Существует легенда, что название горы восходит ко времени Всемирного потопа. Когда случился Всемирный потоп, манси называют это время «Эпоха, когда пролилось (перевернулось) небо», на горе Холат-Сяхл удалось спастись одиннадцати манси. Но не все выжили, потому как подступающие воды унесли жизни девяти человек. Вот откуда взялась цифра девять. По другой версии – никто не выжил, поэтому и Гора мертвецов. Андрей рассказал, что шаман собрал девять оленей и приносил жертву на этой горе (не на самой, а на перевале Пурлахтын-Сори).
Загадка трагедии не разгадана по сей день.
На стыке Азии и Европы в глубинных недрах находятся разломы. Приразломные энергетические всплески порождают аномальные явления на поверхности. Это канал прямой связи между недрами земли и космосом, - так утверждают физики.
Местные жители связывают событие с легендой о лесных духах-великанах, которые живут и поныне в другом пространственном измерении.
Среди всех других, современных версий, наиболее объективную позицию занимает версия о техногенной катастрофе. Да, она связана с запуском ракеты, с упавшей ступенью, с ракетным топливом гептилом , который крайне опасен для человека. Воздействуя на людей, он поражает буквально все системы.
Я даже не буду пытаться отгадать эту загадку в своем репортаже. Никто не знает точно, что произошло в феврале 1959 года, а догадок и версий и по сей день – множество.



На перевале, на каменном останце – обелиск с именами погибших. Перевал Холат-Сори назван в честь руководителя группы студентов – Игоря Дятлова.
По оленьей тропе мы спустились с перевала в тайгу, на оборудованную стоянку для туристов , там поставили палатки, развели костёр. Недалеко протекала река Ауспия. В тайге было безветренно, хотя присутствовали комары. Андрей видел следы медведей, я даже попробовала испугаться, но манси уверил меня: зверь не дурак. Человека чувствует. Не подойдёт. Оставалось только уповать на мудрость моего проводника. Поужинав, мы легли спать. Во сне мне снились олени и медведи, которые по очереди заглядывали в наш лагерь, но потом уходили.



На следующий день, по моему мнению, у нас должна была быть днёвка. Но Андрей сказал: завтракаем и собираемся. Ноги гудели. Но после завтрака я собрала рюкзак и палатку, мой проводник уже был готов, и мы выдвинулись в путь. Манси предложил подняться на гору, которая находилась напротив Холат-Сяхла, по утверждению Андрея, она называлась Еных-Холат-Сяхл-сори.
Это была затяжная гора со множеством каменных останцев на вершине. Погуляв по этой горе, Андрей предложил спуститься в тайгу, там видели манси, которые жили в палатке. И мы пошли в тайгу.



Идти предстояло по разъезженной, расхлябанной дороге, с огромными, наполненными водой и грязью колеями. Пошёл дождь, все краски поблекли, потускнели, размылись. Андрей, как ищейка, то убегал вперёд. То возвращался, наблюдая за моими неуклюжими попытками обойти грязь, то снова исчезал в тайге. Так мы дошли до кедровника. Андрей принял решение вернуться, сообщив, что прошли мы «полтора километра», и сейчас будем возвращаться обратно, чтобы успеть дойти до темноты до ручья и встать на стоянку на ночь. Дождь не прекращался, он запустил свою унылую монотонную песню.
Да, я хотела отметить, что в уральской тайге мы так же можем наблюдать танцующий лес..
Когда мы поднялись по дороге выше, мы встретили трёх друзей на квадрациклх, которые ездили на рыбалку, а сейчас возвращались обратно через базу Ильича. Эти добрые люди напоили нас чаем, и убедили Андрея разбить лагерь в танцующем лесу, рядом с ними.
На следующий день мы отправились обратно – на гору Отортен, в ГМ, домой.



На обратном пути, уже почти дойдя до ГМ, мы опять пошли не по дороге, а напрямик, по горе. Под конец пути ноги переставлялись с трудом, но мысли о горячем чае придавали силы. В какой-то момент я поняла, что потеряла Андрея из виду. А ещё до меня дошло, что иду я по огромным камням, некоторые из этих камней были «живыми», т.е. шевелились, провались, съезжали, когда на них ступаешь, в общем, ощущение не очень приятное. Я ещё подумала, что рано или поздно такая дорога закончится, она и закончилось почти вертикальной трехметровой скалой. Спускаться вниз с рюкзаком я побоялась, пошла обратно. Тут меня и нашел мой проводник, который сообщил мне с невозмутимым видом: вперед нельзя ходить, скала, обрыв! Да, это я уже и сама поняла.



Последние два дня на горе мы провели чинно, важно и спокойно. Я наконец-то поняла, что значит отпустить время и наслаждалась природой, слушала горы и небо, реку и озеро, объедалась черникой, которая росла на склонах сопки, и гуляла вдоль Лозьвы. На второй день было 31 августа, день, когда – до обеда лето, а после обеда – осень, - так ёмко обозначил границы времен года мой манси-проводник.По небу бежали, нет, не просто бежали, а неслись, как угорелые, рваные облака, нет-нет, да и моросил мелкий дождь.
- Больше не буду никого по горам водить в этом году, - сообщил мне Андрей. – Осень, скоро выпадет снег.

***

А потом наступило завтра. С утра светило солнца, ветер не бесновался, а дул как-то спокойно, без фанатизма. Хотела ли я уезжать? Нет. Здесь, в тайге я прикоснулась к величию природы, поняла, насколько хрупка человеческая жизнь, отпустила время, прислушалась к миру и к себе, нашла своё внутреннее равновесие. И да. Я хотела увидеть родных, любимых людей, своих друзей и поделиться с ними «дзынем».
Мы услышали звук вертолёта, когда уже перестали ждать. Приземление, какая-то суета, быстрое прощание с Андреем, и вот мы уже взлетаем. Опять шум, люди, тайга в иллюминаторе…
Мечты должны быть либо безумными, либо нереальными.. Нет, не так. Мечты должны быть. Понимаете?
2
Читайте также
Комментарии
Здесь пока никто не написал =(
Чтобы написать комментарий, вам необходимо авторизоваться или зарегистрироваться.