Рим для индусов

«Три мира образуют один мой город и мой королевский дворец в нём».
Миры эти - наука, литература и культура, а сказал это не кто иной как Шива, верховное божество в индуизме, о городе, который он основал около 5 тысяч лет назад. Ну, по крайней мере, согласно местным легендам. То, что ученые считают, будто Варанаси всего три тысячи лет, ничего не значит. Спросите любого индуса, кому следует доверять – Шиве или каким-то ученым? Даже сами ученые, если они индусы, ответят, что, конечно, Шиве.
Варанаси, он же Бенарес, он же Каши и еще с десяток труднопроизносимых названий. Я мечтал попасть в этот город всегда. Когда трясущейся рукой получал первый загранпаспорт. Не 5 тысяч лет назад, конечно, но тоже довольно давно.






Сейчас я понимаю, что ехал в Индию с открытым сердцем, и она ответила взаимностью. Это важно, особенно, когда путешествуешь по странам, которые не знают полумер. Индию, как правило, либо любят с первого взгляда, либо терпеть не могут.
Я любил ее еще задолго до того, как увидел. И уверен, что это сыграло решающую роль.
На меня не напали подлые гунды (преступники, хулиганы), когда я гулял поздними вечерами по клоачным районам. 
Я ни разу не попал в аварию, а учитывая манеры индийских водителей и то, что мне пришлось много ездить, такая вероятность была более, чем велика. Так, всего один раз мой тук-тук, обгоняя всех по обочине, наехал правой стороной на кучу песка и тюкнулся левым боком о грузовик. Да и то, это было даже не предупреждением мироздания, а дружеским толчком в плечо: мол, смотри, какой драйв. 
Я ни разу не сходил, прошу прощения, в туалет, сверх обычной необходимости. А ведь диарея - пожалуй, излюбленный способ Индии дать подзатыльник заезжим снобам и неженкам. При том, что я, может, с земли не ел и воду из под крана не хлестал, но в остальном себя почти не ограничивал. 







И это, пожалуй, главный лайф-хак, которым я могу поделиться с теми, кто туда собирается. Откройте сердце и отдайтесь на волю случая. Индия намного больше, чем можно единовременно впитать и осознать. Она обрушивается красками, звуками и запахами, улыбками и слезами. Следовать туристическим гидам или посещать какие-то конкретные достопримечательности кажется здесь бессмысленным. Индия словно сама берёт на себя функцию проводника. Такое у меня бывало и в других странах. Но первый раз желание просто следовать за этим абстрактным провожатым было настолько острым. Иди, куда идется. Индия сама тебя выведет куда нужно и все покажет. 
Ни одна другая страна не вызывала у меня ощущения, что она - живая и обладающая собственными разумом и волей. Осознание это удивительным образом греет душу. А все остальное греет знойное, как болливудская актриса Бипаша Басу, индийское солнце. Да что там греет, печёт словно костёр на гхате Маникарника (о нем чуть позже).
После дня прогулок при температуре плюс 48 градусов, даже ночью будешь неосознанно искать тень и переходить на ту сторону улицы, где дома выше или козырьки шире. И хотя сначала я был уверен, что просто физически не потяну, все 9 дней путешествия, я бегал с утра до вечера по улицам, без акклиматизаций, тепловых ударов и прочих радостей, которыми Индия одаривает очень многих. 







Итак, Варанаси.
Тут говорят, не видел Варанаси, значит, не видел Индию. И это справедливо, как месть героев Митхуна Чакраборти. Кстати, минимальное знание Болливуда (даже Раджа Капура достаточно) помогло мне найти общий язык с местными точно не хуже, чем освоение знаменитого индийского покачивания головой. А уж когда я спел собеседнику «Джимми, Джимми, ача-ача», то, кажется, навсегда обеспечил себе место в его сердце. Индусы – они такие. Душевные.







Парадоксальный город, насквозь туристический. Но если богиня Кали возьмёт да и заберёт в одночасье всех туристов, в нем ничего не изменится, а сам город этого и не заметит.
Это квинтэссенция Индии. Место с настолько яркой душой, что особо трепетных я считаю долгом предупредить: аккуратнее там, иначе задохнётесь от впечатлений. Впрочем, увидеть Варанаси и умереть - мечта каждого индуса. На собственные похороны сюда съезжаются сотнями каждый день - быть сожженным здесь и развеянным по священной Ганге - лучший способ освободиться и прервать колесо Сансары, то есть цепочки смертей и рождений. Погребальные костры - первое, что приходит в голову каждому, кто слышит про Варанаси. Возможно, именно поэтому я осознанно не стал углубляться в эту историю. Потому что этот город неизмеримо больше, чем традиция сжигать покойников. Кроме того, пузырящаяся в костре человеческая кожа - не самое приятное зрелище, а фотографировать ее - занятие, на мой взгляд, не вполне здоровое. Хотя, должен признаться, проплывая по Ганге на лодочке и фотографируя многочисленные гхаты (каменные ступенчатые берега священной реки) я не удержался и снял тот самый гхат Маникарника, где индусы что делают? Правильно, жгут.







Зато где я оторвался, так это с портретами садху. Индусы букву Х не произносят, но в русском устоялось именно такое название. Все вы наверняка когда-то видели на фото этих прекрасных дядек. Добродетельные люди, в переводе с санскрита - святые, аскеты и йогины.
Так вот, кто-то, скажем, за семейные ценности мать продаст, а садху готовы на все и даже немножко больше ради мокши, то есть освобождения от колеса сансары.













Чтобы словить эту самую мокшу, нужно перестать стремиться к трём целям: каме, артхи и дхарме. То есть соответственно, чувственным наслаждениям, материальному развитию и долгу. Насчёт долга не в курсе, но денежки они любят, по крайней мере большинство. Что до наслаждений, то один из героев этих кадров доверительно сообщил мне, что за скромную сумму в 300 рупий, он готов показать, как "связывает в узел свой гигантский пенис". Возможно, тут тоже имеет место корысть, но первый-то раз он наверняка сделал это не за деньги...
Так или иначе, я ответил, что это вообще не вопрос 300 рупий, но я не вполне уверен, что именно сегодня хочу смотреть на чужие пенисы. Садху воспринял отказ с печалью, что немного видно на фотографии.








Там, где столько фактурных и ярких людей, внимание, по идее, должно концентрироваться исключительно на них. Ага, сейчас. Чего стоит, например, самый огромный, исполинский, колоссальный, гигантский, невероятный козел, что я только видел. Или коровы. Казалось бы, я вроде не рафинированный парень из мегаполиса, который при виде коровы начинает радостно верещать. Но здесь они настолько гармонично вписываются в картинку, что без этих флегматичных крупных и рогатых, Индию просто нельзя себе представить. И это я еще не говорю об их особом статусе.
Символ принципа бескорыстного жертвования, олицетворение изобилия, чистоты и святости, приближенная к самым крутым индуистским богам – Шиве, Вишне и Индре, корова в Индии больше, чем корова. Иногда доходит до смешного. Например, иду я вечером по берегу Ганги. Смотрю, священная, лежит себе живописно, на фоне огней Варанаси. Ну и эти самые огни через корову снимаю. Вдруг за спиной слышу:
- Эй!
Оборачиваюсь, там молодчик крайне наглого вида. Спрашиваю, чем могу помочь.
- Это моя корова!
- И чего?
- Плати деньги.
Я, в принципе, не против оплаты работы модели. Особенно если только так можно получить нужную фотографию. Но это - совсем перебор. Какое-то зоо-сутенерство. Никаких денег не будет, говорю. Мужик принимает суровый вид, надвигается на меня.
- Ты что же, говорю, хочешь, чтобы я сейчас стер изображение священный коровы?
Он аж руками замахал. В глазах отчетливо промелькнул ужас от того, что он чуть не стал причиной уничтожения священного животного. Нет, нет, говорит, снимай пожалуйста! Смотри, если вот с этой стороны, даже лучше получится!







Ну и напоследок немного романтики. В Индии есть каста, которая называется Хиджра. Это местный третий пол: гермафродиты и трансгендеры. Их около миллиона, значительная часть которого занимается проституцией. И тут есть забавный момент. В Индии считается, что хиджры обладают магическими способностями. Их проклятие ведет к потере мужской силы у мужчин и бесплодию у женщин. Поэтому когда они просят денег, их стараются не злить и, естественно, дают. Возможно, это байка, но говорят, правительство даже доверило им собирать налоги. Мол, попробуй, откажись.
И вот в пробке на перекрестке, к тук-туку, в котором я еду ужинать, подходит такая хиджра. Кстати, они настаивают, чтобы о них говорили в среднем роде. Ок, в общем, оно подходит и ангельским баском начинает быстро-быстро мне что-то говорить. Я слышу слово "рупии", понимаю, что речь о деньгах. Варианта "не дать" нет, я наслышан о проклятии. Но принципиальный момент для меня - за что именно давать, если вы понимаете, о чем я. Решительно отбросив все услуги, которые оно могло бы предположительно мне оказать, я знаками договариваюсь о портрете на телефон за 30 рупий. Хиджру вариант явно устраивает, оно принимает романтическую позу, кокетливо отставляет ручку и начинает томно смотреть.
Собственно, так и появилась эта фотография:)


В общем, если подытожить, Варанаси – один из самых необычных городов, что я только видел. Рим для индусов, как учит нас энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона.
И абсолютный Клондайк для человека с фотоаппаратом. Со всеми вытекающими, как священные воды Ганги, последствиями.





1
Читайте также
Комментарии
Здесь пока никто не написал =(
Чтобы написать комментарий, вам необходимо авторизоваться или зарегистрироваться.