Казахская Авантюра. Здравствуй, Дикополье!

Вторая глава рассказа о необычном, и тем притягательным, западе Казахстана. В первой главе я рассказал о самом начале пути из Екатеринбурга, о встрече со спутницами по путешествию Ольгой и Светой, и остановился на шумной и весёлой пьянке (зачёркнуто) встрече с эндуро-командой «Offroad People» недалеко от Уральска. Во второй же части речь пойдёт о нашем пути через бескрайние степи к Аральскому морю.



После вчерашнего «костерка» болела голова, да и спал я как-то неудобно, в позе «кому расскажешь – не поверят». Мы же не знали, что «Внедорожный Народ» объявил сегодняшний день – днём шиномонтажа. Мужики не спеша занимались колёсами, позволяя себе аккуратный опохмел. Нам такая роскошь была недоступна: уж очень длинный путь впереди, и уж очень мало времени. Хотя, так и так пришлось ждать до обеда, иначе появлялась вероятность отдать права первому же встречному гаишнику. Общения с представителями дорожной инспекции в эти дни нам и без того хватило.

 

Выехали в сторону Актобе. За Уральском начинаются полноценные степи. Дорога радовала приличным асфальтом, ехать легко и приятно, даже как-то непривычно, что не приходится подскакивать на кочках. Наслаждаться путешествием мешало одно существенное «но»: алкогольное опьянение прошло, а вот похмелье ещё накрепко сжимало меня в своих объятиях…

 

В Казахстане не стоит рассчитывать, что заправки будут встречаться так же часто, как в центральной России. Мы, чтоб наверняка, залили полные баки и канистры. Через сотню километров попалась первая после Уральска заправка. Решили не заезжать, а пополнить баки на следующей. Как говорится, скупой платит дважды: не захотели тратить время на заправку бака, придётся дважды тратить время на отвязывание канистры. В следующей деревне нам удалось заправить только собственные желудки отменным пловом, а бензина там давно уже не продают.

Когда у меня загорелась топливная лампочка, мы отъехали от Уральска всего километров на 250. До заката чуть больше пары часов, до следующей колонки бензина не хватит, а отвязывать канистру – значит тратить время и все равно не успеть на заправку до темноты.



Мы как-то сразу решили, что не ездим по ночам, если нет на то крайней нужды. Оказалось, что если свернуть в голую степь и проехать перпендикулярно дороге пару сотен метров, то обязательно найдётся небольшой овражек, где уставшие путешественники смогут укрыться от ветра, а заодно и от лишних глаз.



Собственно, это была наша первая ночёвка вдали от цивилизации. На удивление, в степи оказалось полно дров для костра: валялись какие-то палки, корни, ветки, хотя самое большое растение поблизости – это кустарник, едва доходящий до колена. Очень приятно лежать у костра на пенке и смотреть на бесконечное звёздное небо. Как-то странно — весь день ехали под тучами, иногда даже под моросящим дождём, а под вечер облака разошлись.

 

Спустилась ночь, небо озарилось россыпями звёзд, тишину нарушал лишь треск хвороста в костре, все замерло, всякое движение прекратилось. Казалось, что даже природа прониклась скорбью и торжественностью момента… Настало время прощаться, наше путешествие не было долгим, но я уже успел привыкнуть, буквально пропитаться духом, тем тяжелее было расставание… Я вырыл неглубокую ямку и опустил на дно свою нетяжелую ношу… Покойся с миром, надеюсь, ты станешь достойной загадкой археологам будущего, славный самарский жерех, несостоявшаяся закуска к пиву…



С рассветом все небо от горизонта до горизонта опять затянуло плотным одеялом облаков, хорошо, что без дождя. А ведь когда ложился спать, звёздное небо обещало солнечный день, но утро на этот счёт имело собственные планы.

Мы даже почти не отъехали от места ночёвки, как у Ольги обнаружился прокол заднего колеса. Камера лопнула в том месте, где её прищемили монтажкой в Уральске. Как оказалось, наличие опыта у работяги не спасает от «криворукости». Сюрпризом номер два оказалось то, что запасная камера у Ольги оказалась с «вентиляционным отверстием»…



- Я взяла в гараже на полке первую попавшуюся, кто же знал, что она дырявая?

В итоге я занялся ремонтом камер, а Оля, решительно отринув нашу помощь, стала в одиночку вести неравный бой с колесом, устанавливая мою запасную камеру. Битва была ещё та: резиновые демпферы в ступице уже изрядно походили и, чтоб их не разбило окончательно, в образовавшийся зазор, ещё в Москве Ольга вставила кусочки велосипедной камеры, но теперь вся эта конструкция отказывалась собираться. На ремонт и танцы с бубном в общей сложности ушло три часа.



Планы на день были наполеоновские, мы решили с утра не тратить время на завтрак и поесть по дороге в кафе, а с учётом ремонта время уже подходило к обеду. Желудок панически подавал сигналы бедствия.

Преодолев стокилометровку, мы, наконец, нашли харчевню у очередной неработающей заправки.

Я люблю пробовать новые блюда, особенно мне импонирует восточная кухня со своим обилием мяса. В меню было аж четыре вида лагмана.

- Один из баранины, вот этот из говядины, этот острый, а этот жареный – пояснял мне повар, тыча половником в чаны с варевом.

Я выбрал тот, что поострее, но начисто забыл, как он называется. Вообще, с казахскими названиями у меня тяжело. Язык просто отказывается подчиняться и завязывается в узел при попытке выговорить что-нибудь этакое. Самый нормальный бензин был на заправках КазМунайГаз, если произносить медленно и читая с вывески, то ещё ничего, но вот запомнить это название – это было выше моих сил. Девчонки испытывали похожие трудности и эти заправки мы именовали не иначе как «ГазМяс»! Так как-то проще и понятней!

Очередная канистра пошла в расход, теперь уже в Ольгин мотоцикл. Предметами всеобщей зависти стали просто бездонный бак и скромный аппетит Светиного Suzuki.



- Что случилось? – спросил я у Оли, внезапно съехавшей с дороги.

- Тюльпаны дикие, – услышал я в ответ, – вон там!


Мои спутницы, как дети, стали на коленках ползать по поляне среди весенних цветов. Было прохладно и вот-вот грозил начаться дождь, поэтому в своих дождевиках мы больше напоминали неуклюжих медвежат, барахтающихся в поле, или космонавтов на новой планете.

 

На въезде в Актобе нас вновь остановил экипаж ГАИ. Вновь набор стандартных вопросов: Сколько стоит? Сколько жрёт? Сколько прёт? Пожали руки и отпустили на все четыре стороны, даже не спросив документы.

Актобе мне показался шумным, а дороги, хоть и широкими, но, от обилия машин, тесными. Всего день среди бескрайних степей, а уже чувствуешь себя дикарём в огромном муравейнике. Город мы проскочили почти по прямой, только заехали заправиться. Приключения начались на выезде из Актобе…

- Старший лейтенант *фамилия неразборчиво*, – козырнув, представился мне гаишник, проигнорировав мою руку, протянутую для приветствия, – Ваши документы.

- Пожалуйста, – немного сбитый с толку таким настроем сотрудника, я подал документы.

Остановили нас троих, я ехал первым, за мной Света, замыкала Ольга. Документы и страховку забрали только у меня и Оли, к Свете даже не подходил никто. Все ещё ничего не понимая, мы стоим у патрульной машины и пытаемся понять, чего же казахский полиционер от нас хочет. Сразу мне этот представитель органов не понравился, подчёркнуто деловой, дистанцию держит, наглаженный весь, машина у него – корейский джип, а в салоне коллега необъятных размеров. Вот туда, в руки «необъятного», через едва приопущенное стекло и перекочевали наши права и свидетельства о регистрации.

- Туфта, это туфта, – тыча пальцем в наши страховые полисы на ломаном русском говорил гаишник, периодически срываясь на казахский, – надо штраф.

- Как туфта? – интуитивно догадываясь о значении слова, начал защищаться я, прикинув, что вышеозначенная сумма составит около 6000 рублей, – если мы полис оформили прямо на границе, в здании таможни?

Как я понял, косяк наших полисов был в том, что они заполнены от руки, а не напечатаны на компьютере. Допускается ли такой вариант заполнения, я так и не узнал. На полисе был записан номер телефона страхового комиссара, он то должен мне разъяснить, что за ерунда происходит.

- Говорит, что полис поддельный… – представитель страховой на том конце замолчал, – вы меня слышите?

- Да, ерунда какая-то, – ожил голос комиссара в динамике, – передайте трубочку инспектору, пожалуйста.

Тут вообще цирк начался: я протягиваю этому «гаранту порядка и закона» трубку, говорю, что на связи представитель страховой, а «гарант» начинает бегать от меня вокруг машины, и в итоге залез на пассажирское кресло джипа и запер дверь… Телефон у меня российский, в роуминге, каждую минуту баланс всё больше уходит в минус… А теперь представьте себе картину: на разделительной полосе широкой дороги стоит патрульный джип, в нём заперлись два гаишника с нашими документами, а мы с Ольгой стоим и, как в зоопарке, смотрим на них через стекло, с обочины представление наблюдает Света на мотоцикле! Эта бестолковая возня длилась полчаса, после чего «шароподобный» махнул на нас, как на надоедливых мух. Второй вернул нам документы, но все не унимался, мол, страховки поддельные, настаивал, чтоб мы обязательно в первом же городе заключили настоящий договор! Забегая вперёд, скажу, что это был единственный случай такого живого интереса к нашим страховкам, и, естественно, мы не стали ещё платить за новые полисы.



Вновь вокруг раскинулись бескрайние холмистые степи под свинцовым небом. Дорога практически прямая, так, иногда, без видимой причины довернёт то правее, то левее. Очень интересно устройство дорожной сети: основная дорога асфальтирована, но то и дело попадаются указатели на населённые пункты, и перпендикулярно уходят разбитые грунтовки, скрывающиеся за горизонтом.

Нас крайне волновал вопрос с АЗС. Мы заправлялись на каждой, и каждый раз нам говорили одно и то же: что ещё одна через 130 километров будет, а потом 300 - 400 без бензина.



Помня о нашей первой ночёвке, мы в конце дня съехали в степь по одной из безымянных грунтовок, недалеко от села Богетсай. В этот раз оказалось все не так просто. Искали более-менее ровную площадку, непросматриваемую с дороги. Не то, чтобы кругом были неприступные скалы без единого клочка ровной земли, просто везде или лёгкий наклон, или почва истоптана тысячами копыт до состояния тёрки. В итоге нам надоело, и мы встали там, где остановились, но тут обнаружилась новая беда… Мы буквально окунулись в облако комаров! Девчонкам-то ещё нормально было в закрытых шлемах, а вот я, в кроссовом, огрёб по полной. Ольга скинула багаж и налегке рванула в деревню за репеллентом, а мы со Светой взялись за лагерь.

 

С дровами на стоянке возникли проблемы… Уже не помню, как, но разговор зашёл о тибетцах, которые топят печи высушенными коровьими лепёшками. Идея прогнать комаров дымом показалась рабочей. Когда Ольга вернулась, то с подветренной стороны от палаток курились кучки кизяка, а сам лагерь был в лёгкой сизой дымке. Не сказать, что опыт с окуриванием комаров оказался очень удачным, но на этом топливе, запасы которого были поистине неисчерпаемы в степи, мы приготовили ужин. Предвосхищая вопросы, скажу, никакого запаха или привкуса нет, «говнокостер» горит почти без огня, но с высокой температурой, вскипятить воды или сварить кашу можно без проблем.



Чем степь отличается, например, от леса? Да хотя бы тем, что от ветра некуда спрятаться… Всю ночь он свистел в растяжках палатки, подвывал в спицах колёс, шатал тент, в общем, всячески мешал отдыхать. Утром, отъехав всего с десяток километров, мы наткнулись на шикарный брошеный сад, за годы разросшийся в рощицу. Эх, знали бы заранее, то и вечер бы у костра провели, и ночью нормально выспались.



В 130 километрах от Актобе была «последняя», как нам сказали заправка до Аральска. Но ещё через 140 километров мы наткнулись на следующую работающую АЗС. Пока заправлялись, нам объяснили, что эта колонка работает несколько дней в неделю, а то и месяцами закрыта, так что лучше на неё не рассчитывать. Нам, можно сказать, повезло, следующая заправка была действительно только в Аральске, через 275 километров. Итого, есть вероятность, что попадётся отрезок пути без возможности пополнить запас топлива в 415 километров. Для моего «Белого» это практически предел дальности полного бака и канистры на 10 литров. Девчонки-то точно бы прошли, у них и баки больше, и расход меньше, а у меня мог возникнуть нюанс!



Дорога практически пустая, хороший асфальт, только иногда попадаются выбоины или даже воронки. Местность, открытая всем ветрам. Нам не повезло, и мы всю дорогу были вынуждены бороться со встречным ветром. Больше всех досталось Свете, её ветровичок отсекал лишь часть потока, ехали не больше 100 км/ч.



Весь день дорога вела нас через степь. Пейзаж пустынный, но отнюдь не однообразный: то буро-коричневый ковёр кустарника, то жёлтый песок, иногда вырастают невысокие холмики, или земля расходится осыпающимися оврагами, иногда встречаются озерца талой воды. Я бы не назвал дорогу суперкрасивой, но как контраст с лесисто-холмистыми пейзажами Урала – интересно.

То тёмно-коричневое пятно, которое издалека я принял за кусты, оказалось небольшим стадом верблюдов, отдыхавших прямо у дороги. Мы первый раз за эту поездку встретили «кораблей пустыни» в естественной среде обитания. К лету верблюды линяют, плотная густая шерсть сменяется коротким подшёрстком. Лохмотья «зимней шубы» свисают целыми лоскутами с боков и горбов, оттого вид у животных, как у оборванных бродяг. Полчаса мы потратили на фотосессию с верблюдами.

 

Местные называют «дорогой смерти» отрезок трассы М-32 от Актобе до Кызылорды. Нет, ну подумаешь, мало заправок и воды нет, но ведь трафик, хоть и небольшой, но есть! С гостеприимством у казахов все в порядке, да и вообще, помочь путнику в дороге - святая обязанность каждого мусульманина. Тем не менее трасса есть, и дурную славу она имеет. А ещё, то тут, то там в стороне от дороги стали попадаться надгробья, и чем ближе к Аральску мы подъезжали, тем надгробий становилось больше. Мы, как нам кажется, поняли причину такой «смертоносности». Дело в том, что летом – это обычная дорога, вполне безопасная, но вот если представить себе эту же дорогу зимой, да ещё и в метель, да ещё и ночью, то становится понятной её коварность. Ориентиров почти нет, столбиков тоже, дорога идёт по невысокой насыпи, но зимой её наверняка заметает, из-за удалённости от крупных городов, чистят дорогу вряд ли очень усердно и далеко не регулярно. Днём, когда солнце, отражаясь от белого снега, слепит глаза, или в метель, когда видимость и так ограничена, совсем нетрудно съехать с дороги или не справиться с управлением и зарыться в снег по самую крышу, а то что казахи любят погонять, это мы уже заметили…



Аральск представляет собой удручающее зрелище… Кажется, что с морем из города ушла и жизнь: кругом пыль и запустение. Вдоль дорог стоят закутанные в платки и халаты женщины, когда мы проезжали мимо они что-то кричали нам и размахивали связками рыбы и банками с чем-то белым, может молоком, а может и кумысом.



Мой навигатор не показывал магазины в Аральске, пришлось выспрашивать дорогу у заправщика. С горем пополам мы нашли магазин с хорошим ассортиментом продуктов. По виду – обычный сельмаг, витрины вдоль стены, слева от входа еда и промтовары, а направо – «территория Бахуса». Женщина за прилавком «продуктовой» части по-русски говорила плохо, ей на помощь приходил молодой парень, продавец из «алкогольного уголка». Пока мы закупались, в магазин зашёл мужчина, бросил на стойку у правой кассы монету 100 тенге, молодой человек за стойкой спрятал монету, достал рюмку, налил водки до краёв, достал блюдце с арахисом и выставил перед клиентом, тот, в свою очередь, залпом выпил содержимое, взял орешек и вышел. На все про все ушло секунд тридцать и не произнеслось ни единого слова. Сценка повторилась раз пять, но с разными персонажами... Такой вот казахский салун.



Возле мотоциклов крутилась детвора, по виду – класс второй-третий. Несмотря на то, что кругом пыль и серость, глаза у детей живые, блестят, а смех звонкий и искрений. Русского языка совсем не знают, говорят только «здраустуйтэ» и «меня зовут…». Я уже заметил, что чем дальше мы продвигаемся на юг, тем хуже говорят по-русски, хотя язык и является вторым государственным и его учат в школе с пятого класса. С одной стороны, это вполне логично, что в деревнях забывают русский, ведь между собой-то говорят на казахском. Да и русский язык больше не играет той роли, что была у него в СССР. Но как приятно оказаться так далеко от дома, в другой стране, другой культуре, и быть уверенным, что тебя поймут. Жаль, что скоро по-русски тут смогут говорить только глубокие старики, родившиеся ещё при Советах.



На ночь остановились на берегу озера, которое когда-то было морем. Песчаный пляж зарос камышами, но мы нашли чистый участок почти у самой кромки воды. Очередной казахский ребус – ни одного дерева на горизонте, а на берегу полно сухого хвороста. Приятно после долгой езды наконец сесть у костерка на берегу озера, с коньячком проводить за горизонт солнце и прикинуть маршрут дальше. А дальше начиналось самое интересное, потому что кончалась дорога. Впереди сотни километров грунтовок, песка и просто открытой степи, прямо по дну пересохшего Аральского моря в сторону моря Каспийского.

В следующей главе я расскажу о самом бездорожном участке нашего маршрута, о казахском гостеприимстве и о море, которого почти нет…


Маршрут: Уральск – Актобе – Богетсай – Аральск
В пути: 3 дня (всего 6 дней)
Пройдено: 1197 км (всего 3113 км)
12
Читайте также
Комментарии
Здесь пока никто не написал =(
Чтобы написать комментарий, вам необходимо авторизоваться или зарегистрироваться.