По норвежскому Заполярью на яхте — 2

Продолжение рассказа ведущего «Моей Планеты» Алексея Никулина о том, как он открыл для себя фьорды, горы и троллей.

 

 

Часть 4. Жаркие объятья Заполярья

 

 

О чем еще должна болеть голова у капитана? Верно, о погоде! Вспомнить о ней — самое время. Та часть Норвегии, где мы путешествовали, находится в нескольких сотнях километров за полярным кругом, примерно на широте Оймякона, где зимой нормальной считается температура воздуха –40 °С. Здесь же властвует теплый Гольфстрим, без которого не только Норвегия, но и вообще Европа превратилась бы в лесотундру. Скажем, на Лофотенах средняя температура воздуха даже зимой чуть выше ноля, средняя же температура здесь летом +12 °С. Вода даже в жару прохладная. Мы, разумеется, купались, но в самом конце фьорда, где вода прогрелась до +14-16 °С. Когда погода налаживалась, было довольно жарко даже по нашим московским меркам — +26–28 °С. Ветра в этих широтах немного, что делает яхтенное путешествие в Северной Норвегии более комфортным — не выдувает из тебя последние калории и не болтает на волне до тошноты. К сожалению, парус был у нас скорее элементом декора — ставили мы его всего пару-тройку раз. Но зато здесь есть нечто, чего нет в так нами обласканной Средиземке! Так что смиритесь, фанаты паруса, как сделал это я, — это будет дизель-поход.

 

Погода здесь переменчива — хотя портится быстро, но и реабилитируется скоро. К дождю, туману и холоду надо попросту быть готовым как морально, так и технически — качаешь прогноз, но и штормовку далеко не убираешь. Как говорится, нет плохой погоды, есть плохая одежда. Если утром второго дня мы охотились за китами в полной экипировке, включая спасжилеты, теплые вязаные колпачки и перчатки, то к вечеру уже вылупились из непродуванцев и ходили в шортах и майках. Это Норвегия, детка!

 

 

Приливы-отливы — еще один из факторов, влияющих на маршрут и график. Если не вдаваться в подробности, огромные массы воды, приводимые в движение влиянием солнца и луны, перемещаются сначала в одну сторону, а затем в другую, и так каждые шесть часов четыре раза в сутки. Если в открытом море это влияние по большей части не слишком заметно, то в узких фьордах течение временами напоминает реку с водоворотами, а преодолеть встречное течение в семь узлов (13 км/ч) яхте не под силу. Впрочем, это вовсе не проблема, если заранее рассчитать цикл — подгадал и летишь в попутном течении белым лебедем узлов эдак десять. Разница между высокой и низкой водой во время прилива-отлива может достигать 3 м, так что при выборе места якорной стоянки приходится прикидывать, останется ли под нашим килем во время отлива хотя бы семь футов — сюрпризы команде ни к чему. В целом навигация в этих краях не слишком простая: узкие фарватеры, много подводных камней. Иногда настолько много, что, открыв лоцию, возникает желание тут же ее и захлопнуть! Но это, разумеется, шутка — разумная осторожность и опыт сделают поход приключением с большой буквы.

 

 

Часть 5. Приключения — это отсутствие планирования

 

 

Карел Чапек писал о Норвегии, что «природа здесь не дарит человеку ничего, кроме камней, на которых можно сушить рыбу». Про камни я бы поспорил, поскольку она подарила с камнями еще много чего, сделав Норвегию крупнейшим производителем нефти, газа, алюминия, магния и титана в Европе, а ее граждан — обладателями одного из самых высоких уровней жизни в мире. На фоне общеевропейских проблем Норвегия — оазис благополучия!

 

Теперь о рыбе: это еще одно богатство страны, имеющее не меньшее значение, чем нефть и газ. Подтверждаю: рыбы здесь не много, а неприлично много, ловится она быстро и в любую погоду. Не обладая рыбацкими навыками. можно наловить трески весом 2–3 кг в считаные минуты. Если прислушаться к советам местных жителей, которые охотно делятся полезной информацией, то можно гарантировать вполне трофейные экземпляры. Наш зафиксированный результат: треска 16 кг и дикий лосось 9 кг. Еще говорят, что здесь хорошо ловится трофейный палтус. С ним мы познакомимся в следующем году — я уже запланировал место нашей встречи. Не обмани же моих ожиданий, дружок!

 

 

Киты, в отличие от нас, совершенно точно знали, где какая рыба есть. Они охотились за рыбой, мы — за китами. Однако нашу встречу обе стороны представляли по-разному: мы надеялись, что властелины морей будут няшно плескаться в непосредственной близости от нашего борта, терпеливо подставляя бока под объективы камер, обдавая нас симпатичными фонтанчиками. А киты же представляли себе наше знакомство… примерно как Сальвадор Дали, когда он встречался с Арамом Хачатуряном, — рассмотреть хвост на горизонте удалось в объективе 70–200 мм.

 

Если киты предпочитают к столу селедку, то нас вполне устраивала крупная треска и лосось любого размера. Упомянутые деликатесы с камбуза попадали на стол в кают-компании во всех возможных вариантах: в ухе, в томатном супе, в кляре. Особенно успешно рыба улетала сырой в быстром маринаде с белым вином. В результате привычные продукты, привезенные еще из Москвы, покидали кладовку крайне медленно, а добрая половина так и осталась неиспользованной. Тем не менее супермаркеты мы при оказии посещали регулярно, пополняя судовые запасы свежей выпечкой, овощами, фруктами и вином. Там же покупали ту самую сушеную треску, которую упоминал Карел Чапек, — ее по-прежнему сушат традиционным способом, используя как основу для приготовления различных блюд. С пивом… не впечатляет. Если цены на продукты в магазинах несколько выше среднеевропейских, то алкоголь очень дорог и продается только в «монопольках». Например, за литровую бутылку аквавита (местная водка, пересекшая экватор в дубовых бочках из-под хереса) придется выложить около €43. Для сравнения: банка пива в супермаркете стоит €5, разливное в баре €10, тарелка супа €10, второе блюдо €15-20 (в пересчете с NOK — норвежской кроны).

 

 

Для любителей истории вообще и военной истории в частности Северная Норвегия — это Клондайк. Практически в любом городке есть какой-то музей: морской, корабельный, посвященный троллям или викингам. Военные музеи стоят особняком — во время Второй мировой войны все северное побережье было превращено германской армией в обширный укрепрайон, и неудивительно, что огромная масса уникальных артефактов стала потом экспонатами. Также очень многое, представляющее интерес, — орудия, бетонные форты, подземелья, — не обретя музейной ценности, при этом не привлекло внимание вандалов. Давно покинутые людьми, эти места стали настоящими заповедники войны. Если взять только регион Тромсё, то я насчитал 19 артиллерийских батарей (примерно 150 стволов калибра 100–406 мм), которые его прикрывали с моря от возможного нападения британского или советского флота.

 

 

Парочку таких объектов мы «открыли» на обратном пути, использовав старую карту. Один оказался действующей частью НАТО с четырьмя орудиями, установленными еще немцами в 1943 году. Калибр 40,6 см — монстр! Размеры орудия и башни не удивляют — потрясают! Нам удалось законно проникнуть на территорию части и запечатлеть на камеру сей инженерный феномен. Строили батарею Тронденес советские военнопленные, и меня тронуло, что норвежцы помнят, кто освобождал страну от нацизма, и очень уважительно относятся к понесенным нашей страной жертвам. Видно, что за памятником, установленным на месте концлагеря, ухаживают.

 

Вторая батарея на мысе Скросвик оказалась в полном смысле призраком — я ее обнаружил, включив, как обычно, сыщика. Местечко заповедное даже по норвежским меркам: четыре орудия калибра 15 см по-прежнему устремлены в море, подземелья открыты для любителей острых ощущений, а зенитное орудие, прикрывавшее батарею с воздуха, восемь десятилетий спустя вращается на опоре без особых усилий. Мрачная погода только усилила воображение. Вот за что я люблю свои приключения, так это за такие неожиданные подарки, вполне совпадающие с философией Амундсена, утверждавшего, что «приключения — это отсутствие планирования».

 

Вспоминая в деталях наш поход по норвежскому Заполярью, должен признать, что он был богат на впечатления, открытия, приключения и встречи с интересными людьми — поход действительно стал для нас главным приключением лета!

 

Обычно итоги подводятся в финале, когда все, переполненные впечатлениями, при обмене контактами начинают строить общие планы на будущий год, как в конце смены в пионерском лагере. У нас впечатлений накопилось столько, что с Филом мы сразу обсудили даты и маршрут нашего следующего похода — Норвегия-2019. Так что это не финал, а только начало.

 

P. S. В Норвегии есть что посмотреть, чем восхититься, но хотел бы вот еще что отметить — мне понравились люди, населяющие этот край. Я не заметил в них скандинавской суровости. Они хотя немного странные и скуповаты на эмоции, но открыты, миролюбивы, добры и несдержанны в своем желании помочь словом и делом. Чего и нам всем желаю.

2
Комментарии
Алекc ОБОИМОВ
0
Киты разве едят рыбу)))? Они питаются планктоном, по-моему))) Может, что поменялось в их гастрономических пристрастиях)))
Чтобы написать комментарий, вам необходимо авторизоваться или зарегистрироваться.