Здания на бумаге

 

Как бы ни был хорош Зимний дворец, его едва ли можно считать центральным произведением барокко. Московский Кремль нельзя назвать главным образцом итальянского Ренессанса. Разве что Петергоф, но конкуренция с Версалем слишком сильная, а Версаль все-таки был построен раньше. Здания, которые должны были стать главными эмблемами своей эпохи, — Башня Татлина и Дворец Советов так и не были построены. А ведь именно по ним могли бы судить потомки о том, каким был XX век, как судят о времени Августа по Пантеону, как оценивают эпоху Флавиев по Колизею, а период правления Франциска I — по дворцу Фонтенбло.

 

Памятник Мировому Страданию

 

 

 

17 марта 1916 года в Черном море близ турецкого порта Оффа при ясной погоде немецкая подводная лодка U33 выпустила две торпеды по стоящему на якоре российскому госпитальному судну «Портюгаль». Из 273 пассажиров парохода-госпиталя погибло 115. Остальных удалось спасти эскадренному миноносцу «Жаркий», проходившему поблизости. Весь март и апрель 1916 года пресса пишет о «страшном преступлении германской подводной лодки».

Среди читателей — 28-летний скульптор Иван Иванов, взявший для благозвучия фамилию Шадр (первый слог названия родного города Шадринск). Происходивший из небогатой и многодетной семьи, Иванов покинул свой город рано. Какое-то время поработал на фабрике, сбежал и оттуда и после нескольких лет скитаний и подработок поступил в Екатеринбургскую художественно-промышленную школу. Потом — странствия по России и отъезд за границу, где скульптор продолжил обучение на деньги русских филантропов.

К 1916 году художник увлечен созданием нового монументализма — архитектурного стиля, продолжающего индийские, японские и китайские художественные традиции. Гибель «Портюгаля» дает скульптору шанс: Дума объявляет конкурс на создание памятника погибшему судну. Шадр занимает первое место с проектом памятника Мировому Страданию.

Прямоугольник из четырех гранитных плит образует двор. Вход охраняют четыре колосса — ворота вечности, сложенные из гранита, с выбитыми библейскими изречениями о бренности сущего. Над входом надпись: «Один для всех вход в жизнь и один исход». От входа начинается тополевая аллея. Вокруг бассейна («озера слез») символические скульптуры («мать, смотрящая в лицо смерти и сына»). У задней стены двора — каменная пирамида — «Голгофа» с высеченным на ней крестом и «бесчисленными ступенями страданий».

Денег на это грандиозное сооружение в военные годы не хватило. Попытку возвести памятник модерна предприняли и после революции, но и тогда воплотить проект не удалось. Один из самых грандиозных мемориалов Нового времени так и не вышел за пределы проектного бюро.

 

Башня Татлина

 

 

 

Владимир Татлин — еще один художник-странник, сбежавший из отчего дома в 14 лет и юнгой отправившийся в Турцию, подвизавшийся в китайгородской иконописной мастерской и исключенный из Училища живописи, ваяния и зодчества с формулировкой «за неспособность», — стал одной из центральных фигур европейского модернизма. Его нереализованный проект, памятник III Интернационалу, или просто Башня Татлина, — эмблема конструктивизма.

Увлеченный «ремонтом психической машины художника», «тайновидец лопастей», как назвал его Велимир Хлебников, получает заказ на строительство памятника Коминтерну в 1919 году. Здание высотой в 400 м должно было располагаться в Петрограде, давать революционный ответ старорежимной столичной архитектуре, вытолкнув ее с парохода современности, и представлять собой Вавилонскую башню из стекла и бетона под углом в 25°, за строительством которой должны, как в допотопные времена, соединиться пролетарии всех стран.

 

 

Под спиральным стальным каркасом — три больших стеклянных помещения, вращающихся вокруг собственной оси. Помещение А, нижнее, — куб, где, по мысли архитектора, должен был заседать Коминтерн, вращаясь вокруг своей оси со скоростью один оборот в год. Помещение Б — пирамида, оборачивающая органы исполнительной власти вокруг своей оси всего за месяц. Верхнее помещение В должно было совершать по обороту в день. Там было отведено место для информационного бюро, редакций газет и радио. Мачты радиовещания располагались над памятником и образовывали шпили.

Макет этого радикального произведения был изготовлен в пяти экземплярах, но они не пережили автора. С поворотом советской страны от авангарда к сталинскому ампиру проект был отложен и так и остался лишь эмблемой послереволюционной вольницы.

 

Дворец Советов

 

 

 

Башня Татлина с ее радиомачтами-шпилями, стеклом и сталью — попытка сработать жилище для нового человека, переселить преодолевшего все земное сверхпролетария в небо. Дворец Советов, самый амбициозный архитектурный проект сталинской эпохи, — попытка завоевать небо с земли.

Монументальный и грузный небоскреб должен был строиться по проекту архитектора Иофана под личным контролем Сталина. Место для строительства — расчищенная после взрыва храма Христа Спасителя площадка на холме над Москвой-рекой. Дворец Советов должно было быть видно из любой точки города. Главный зал нового дворца отводился под помещение, которое по случаю можно было использовать и для заседаний, и для концертов, и даже для спортивных ристалищ.

 

 

Наполнить молодой размах нового социалистического государства классическим содержанием — мечта Иофана. Через семь лет после утверждения проекта дворца Иофан создаст свой шедевр, едва ли не главное из построенного им, — павильон СССР на Парижской выставке 1937 года. Обитое самаркандским мрамором здание венчали мухинские «Рабочий и колхозница», прямое продолжение традиций Микеланджело. Внутри — карта Союза со всеми его богатствами, выполненная из драгоценных и полудрагоценных камней, жесткий ответ Татлинскому аскетизму. Примечательно, что напротив советского павильона стоял выполненный архитектором Шпеером павильон Германии — Третий рейх и Советский Союз, читай: Гитлер и Сталин, соревновались в архитектуре. Национал-социалистический ответ на коммунистический Дворец советов — Зал народа с куполом в 17 раз больше, чем в соборе Св. Петра в Риме, спроектированный именно Шпеером, тоже так и не был построен.

Как бы ни хотелось Иофану равняться на образцы эпохи Возрождения, правил бал все-таки Сталин. Корифей всех наук захотел видеть над 400-метровым зданием статую Ленина высотой 70 м. Проект вождя пугал архитектора — в пасмурный день Ильич скрывался бы в облаках почти полностью, видны были бы только ноги. Никаких возражений Сталин не терпел, и над Иофаном стали сгущаться тучи. Неизвестно, что бы случилось с зодчим, не начнись в 1941 году (был заложен только фундамент) Великая Отечественная война. Строительство было отложено на неопределенный срок. Лишь после смерти Сталина, в 1958–1960 годах фундамент был переделан в плавательный бассейн «Москва» архитектором Чечулиным.

 

Газпром-Сити

 

 

 

С приходом к власти В.В. Путина в его родной Петербург стали приходить инвестиции: знаменовало этот процесс широкое празднование 300-летия города, венчало — перенос на Неву части газпромовских офисов. В 2006 году «Газпром» объявляет конкурс на строительство 400-метрового небоскреба, в котором могли бы разместиться петербургские сотрудники госкорпорации. Строить решили в непосредственной близости от исторического центра, в районе Большой Охты. Примечательно, что через Неву, почти что напротив, Растрелли хотел дополнить свой Смольный собор самой высокой колокольней в городе. Конкурс обернулся скандалом и поднял в Северной Венеции вопрос, над которым так билась Венеция обычная: должен ли город с едва ли не самым большим в мире историческим центром превратиться в музей или строительство и развитие центра необходимо? После долгих протестов и общественных слушаний небоскреб был изгнан из центра и перенесен с Охты на Лахту, северную границу города. Здание, вероятно, будет построено, но без диалога со старым городом идея небоскреба кажется совершенно иной.

10
 Моя Планета рекомендует 
Читайте также
Комментарии
Здесь пока никто не написал =(
Чтобы написать комментарий, вам необходимо авторизоваться или зарегистрироваться.