Сад из пробирки

 

Куст клонированной сирени под окном, пиво из клонированного хмеля и варенье из малины, выращенной в пробирке, — все это никакая не фантастика. Мы отправились в гости к фермеру, который из микроскопического среза растения может получить несметное количество его клонов, узнали всю подноготную этой методики размножения и выяснили, почему все не так страшно, как кажется на первый взгляд.

 

На железнодорожной станции Булатниково, что недалеко от Москвы, меня встречает мужчина в желтых очках, как у Рауля Дюка из «Страха и ненависти в Лас-Вегасе». Это фермер-экспериментатор Андрей Борисович Диев. В молодости он работал в оборонной промышленности, а к растениеводству пришел через кружок цветоводов. Сейчас он — глава фермерского хозяйства «Лесовик-питомник». Мечты об идеальном саде и желание озеленять масштабные пространства привели Диева к идее получения черенков методом клонирования.

Мы идем мимо бесконечных гаражей и хозяйственных блоков. Так и не скажешь, что за воротами одного из них находится лаборатория, где Андрей Борисович занимается адаптацией и выращиванием клонированных растений.

У входа стоит несколько китайских тракторов Feng Shou 180-3. Их давно не производят, так что Андрей Борисович охотится за каждым экземпляром. Говорит, даже сгнивший вплоть до мотора такой трактор остается на ходу. На заднем дворе растут кедры, шаровидные вишни и прочие диковинные растения. Это память об увлечении Андрея Борисовича luxury-озеленением в 90-е годы. Он тогда строил альпийские горки чиновникам, миллионерам и прочим сильным мира сего.

 

 

В лаборатории

 

 

По лестнице мы попадаем в помещение с автономной котельной, нашпигованное измерительными приборами: два термометра в сухой и влажной среде — по разности температур вычисляется влажность воздуха, определитель кислотности почвы и различные авторские изобретения. Здесь расположено 12 стеллажей со всходами растений, посаженных в торфяные таблетки. В каждой таблетке — все необходимые растению на первое время удобрения и полезные бактерии. Стеллажи покрыты двумя слоями капиллярных матов и геотекстилем — обязательно белым, для большего светоотражения. Единовременно здесь, под землей, обитают 20 000 растений. Освещают грядки необычные сине-красные светодиоды. Этот авторский способ, по уверениям Андрея Борисовича, экономичнее и эффективнее того, который используют биологи НАСА в космосе для выращивания салатов. Секрет — в использовании светодиодов определенной частоты излучения, совпадающей с той частотой, на которой хлорофилл дает максимальную производительность.

 

 

In vitro

 

 

По-научному лабораторная часть деятельности, предваряющая адаптацию, называется микроклональным размножением растений. Это микрочеренкование в условиях in vitro, то есть в пробирке. Такую методику изобрели во Франции в конце 50-х годов прошлого века. А уже в 60-е годы в СССР этим занимались ученые Института физиологии растений во главе с Раисой Георгиевной Бутенко.

Эксперименты открыли возможность массово и с сохранением всех сортовых характеристик размножать растения, которые затруднительно размножить черенкованием или любым другим способом.

 

Привычное для всех нас черенкование — это тоже клонирование, ведь новое растение генетически идентично донору

 

Начинается все с того, что в стерильных условиях под микроскопом с верхней почки подходящего (то есть здорового и красивого) растения снимается очень маленький кусочек ткани, называемой апикальной меристемой. Из этого потом и вырастет все остальное — ствол, корни, листья.

Срез дезинфицируют, чтобы исключить возможность заражения паразитами и вирусами. Потом его помещают в пробирку с питательным раствором, где клетки начинают расти и делиться, образуя микрокопию первого растения. С этого микрорастения под микроскопом срезают микрочеренки и опять помещают на питательный раствор. Из этих черенков образуется микрорастение, с которого опять получают черенки. Так делают несколько раз, пока не образуется нужное количество генетически одинаковых растений. Затем их пересаживают в специальные установки для адаптации к жизни в открытом грунте. От момента получения среза апикальной меристемы до образования первой микрокопии проходит от одного до шести месяцев, а иногда и больше.

Привычное для всех нас черенкование — это тоже клонирование, ведь новое растение генетически идентично донору. Однако внешне они могут сильно отличаться, и такой «потомок» вполне может расти неохотно и кривовато. Микроклонирование позволяет получить точную копию растения, или даже, что немаловажно, огромное количество копий, каждая из которых идеально сохранит все сортовые характеристики, в отличие от обычного черенкования. А взятие биоматериала непосредственно с точки роста — верхней почки — позволяет получить гармонично сложеное растение, в то время как черенкование боковых веток приводит к тому, что оно получается кривым, ведь боковые ветки не созданы расти вверх. Несмотря на все перечисленные плюсы клонирования, большинство людей побаивается растений из пробирки, думая, что где пробирка — там жди нагоняющего ужас ГМО. Но в процессе микроклонирования не происходит никакой генной модификации клеток, так как целью является не внесение изменений в геном, а, наоборот, точное его копирование.

 

 

Атака клонов

 

 

Я стараюсь не отставать от Андрея Борисовича и никуда не заходить первой —– отчего-то боюсь столкнуться с шестилапыми клонированными шимпанзе и прочими созданиями из ужастиков про лабораторные эксперименты.

Кстати, о животных.

— Почему у размножения растений клонированием столько преимуществ перед черенкованием, а вот с клонированием животных все не так просто: они умирают гораздо раньше положенного возраста? — спрашиваю я, заглядывая на полку с крошечными примулами.

— Я не углублялся в эту тему, знаю только историю овечки Долли, которая скончалась, не дожив до старости. Но уверен: тут дело не в религиозных вещах из разряда «существо из пробирки лишено души, следовательно, обречено на гибель». Просто ученые что-то делают не так. А с растениями тоже не все гладко. Во-первых, многие виды — например, хвойные — крайне тяжело поддаются такому методу размножения. Во-вторых, клонирование обедняет генетическую информацию: когда все вокруг клоны, исчезает природное разнообразие, которое обуславливает выживание в сложных условиях.

 

Главная проблема клонированных растений в том, что они все немножко «хищники»

 

Мы выходим на улицу. Все кажется кислотно-зеленым после специфического освещения в лаборатории.

— Главная проблема клонированных растений в том, что они все немножко «хищники», — продолжает Андрей Борисович. — Они начинают жизнь в идеальных условиях пробирки на сверхпитательных сахарах. Их потом нужно переучивать от вампиризма к созиданию, фотосинтезу. Сначала у них не умеют сжиматься устьица, нет микроволосков на корнях, нет навыка терморегуляции. А еще длительное время размножать один раз введенное в культуру растение опасно, потому что не исключены почковые мутации, которые могут изменить сортовые качества получаемых в итоге растений. Так что нужно регулярно выращивать и высаживать их в открытый грунт. Для этого пять лет назад я купил в Калужской области землю. Тогда крестьянский пай в 6 га сельхозугодий продавался за 40 000 — 50 000.

— Долларов или евро?

— Рублей, Настенька, рублей! — удивляет меня Андрей Борисович, потрясая рукой для пущей убедительности. — Я всех агитировал купить землю поблизости от меня, только никто не послушал. А ведь даром почти, да и экология: все чернобыльские осадки мимо прошли, я по специальным картам проверял.

 

 

На опытном хозяйстве

 

 

Спустя два часа неспешной езды мы оказываемся на тех самых 6 га, в россыпи полевых цветов до горизонта. Если идти влево, наткнешься на руины имения княгини Екатерины Романовны Дашковой на берегу Протвы. А если долго идти вправо — попадешь в Тарусу, город Марины Цветаевой на берегу Оки. Мы стоим между грядок одинаковых сиреней. Таких одинаковых, словно у создателя заело Ctrl + V. Похожи они только в младенчестве, а вообще-то их тут 40 сортов. Для сравнения: знаменитый ботанический сад МГУ официально располагает 60 сортами.

Растения, что посажены в грядки, под солнце, прошли весь цикл клонирования, научились жить на воле и стали самой обычной рассадой. Андрей Борисович распродаст их по запросам, приходящим на его сайт, и новый владелец сможет обращаться с ними как с обыкновенными деревьями: подрезать, рассаживать, черенковать.

 

Мы стоим между грядок одинаковых сиреней. Таких одинаковых, словно у создателя заело Ctrl + V

 

Пока фермер имеет дело с частными заказами. Но возможность размножать растения в огромном количестве позволяет масштабировать бизнес. Это и есть одно из главных преимуществ микроклонирования, зацепившее Андрея Борисовича с самого начала изучения данной методики. Например, в относительно сжатые сроки можно создать у заказчика точную копию сиреневого сада, которым владеет поставщик.

За символической оградой из стволов березы бродит мужчина в штанах цвета хаки и остроносых тапочках на восточный манер. Вокруг него пасутся козы. Это сосед Андрея Борисовича, известный в определенных кругах автор концепции животворящего земледелия Владислав Тарусс.

— Владислав — человек сложной судьбы, ученик академика Болотова. Я подарил ему вот эти 2 га земли, он тут развернул сбор коллекции лекарственных растений — свозит со всей территории бывшего СССР. Нас всех тут лечит. То дегтем, то отваром каким. И помогает. В какую-то мистическую силу трав я не верю, но пусть себе занимается, раз ему интересно. Кроме того, я был свидетелем, как Влад голыми руками оживил умершую от родовой горячки козу. Иной раз прижму к стенке — начну расспрашивать. А он своих секретов не выдает. Вот тут, кстати, — Андрей Борисович тычет пальцем в хвойный побег, — пихта. Это мое дерево по календарю друидов.

 

 

Пиво, мыло и табак

 

 

Большая часть владений Диевым пока не освоена. Есть заросли малинника и медоносных цветов. Кое-где растет хмель, потому что есть мысль построить пивоварню для производства модного сегодня крафтового пива. Кое-где — дягиль, это растение — один из ингредиентов нюхательного табака, который в нашей стране не производят. Сын фермера Роман изучил этот вопрос и теперь недоумевает: все составляющие спокойно растут в нашей полосе, а производств нет, на прилавках можно найти только импортный нюхательный табак.

Еще есть мысль разводить пиявок и устроить санаторий. Только на это надо много денег. В ближайших планах — наладить выпуск косметики на натуральной основе, и чтобы трав в ней было побольше.

— В Европе-то растения экономят, потому что там негде их выращивать, места нет, — объясняет Роман. — Разбавят один лист крапивы двумя литрами мыла, вот и вся натуральность. А может, арт-резиденцию стоит устроить: чтоб художники и прочие творческие люди приезжали, что-нибудь мастерили? Но все упирается в стандартные проблемы: не хватает государственной поддержки, и цены на сырье безжалостны к мелким фермерским хозяйствам.

За всеми разговорами о планах по освоению территории мы не замечаем, как уже полчаса пасемся в малиннике. Из собранных ягод сварю, пожалуй, пару банок варенья. На крышках честно напишу: «Малина клонированная, без ГМО».

9
 Моя Планета рекомендует 
Читайте также
Комментарии
Алексей Жилов
Колдуны, хватит издеваться над природой. Все растения и так отлично размножаются.
Чтобы написать комментарий, вам необходимо авторизоваться или зарегистрироваться.