Приключения канадца в России. Часть шестая

 

Гвейну Гамильтону 35 лет, по профессии он — преподаватель английского языка. В Монреале у него маленькая школа, где он учит английскому выходцев из бывшего СССР. Гвейн стал учителем, чтобы осуществить мечту — съездить в Россию. Эта его мечта исполнилась — он жил в Москве целых шесть лет: с 2001 по 2007 год. Теперь он мечтает вернуться в Россию снова.

 

Свои впечатления о России Гвейн описал в книге «Моя жизнь с русскими. Или Свой среди чужих», фрагменты которой мы публикуем на «Моей Планете». Пятую часть читайте здесь.

 

Корейцы

Работаю сейчас с корейцами и невольно сравниваю их с русскими. Нельзя сказать, что они друг на друга очень похожи, но некоторые моменты показались мне все же почти связанными.

В первом случае один у другого хотел курево стрельнуть, но, когда увидел, что у того последняя сигарета, не стал. Вспомнил я тогда русскую поговорку: «Последнюю сигарету даже мент не берет». Показалось мне, будто аналогичный случай только что случился, и я поделился своими наблюдениями с корейцем, на что он ответил:

— Да, это действительно есть, только не совсем так у нас, а вот как: последнюю сигарету человек ни за что не отдаст. Поэтому я и не стал спрашивать, все равно не отдаст мне.

Вот. Второй случай произошел вечером. Шел я по коридору от своего кабинета и свистел от избытка хорошего настроения. И прибегает ко мне девушка, вся с ума сходящая:

— Что ты делаешь?! Прекрати сейчас же!

— Что прекратить? Чувствовать себя хорошо? — говорю.

— Нельзя свистеть в здании! — говорит.

Вот как!

— А что, деньги, что ли, — говорю, — уйдут? Впрочем, я не первый раз так, а ты раньше ничего не говорила.

— Раньше, — говорит, — ты свистел до заката, а сейчас уже темно на улице.

«Как интересно», — подумал я.

— А деньги, — говорю, — только после заката уходят в Корее?

— Да не деньги и не уходят, а змеи приходят. Перестань!

Третий случай связан с «Дневником писателя» Достоевского. Там прочитал: «...что всякий ребенок, достигая первых трех лет своей жизни, уже приобретает целую треть идей и познаний, с которыми ляжет стариком в могилу».

И в тот же самый день, когда я это прочитал, говорит мне девушка по какому-то поводу корейскую пословицу: «У трехлетнего ребенка есть уже все привычки, с которыми ляжет в могилу».

Вот!

Меня все эти незначительные чепухи поразили сильнейшим образом — какие совпадения! Какие очень похожие вещи! Как это может быть, что они такие похожие и в то же время не совсем? Очень, по-моему, интересненько.

Четвертый момент, может, случайный, но и он, по-моему, тоже интересненький. Один мой студент, мальчик, курицу не ест из-за России. Вместо того чтобы заниматься глаголами, он рассказал мне эту историю.

С отцом (отец у него какой-то крупный человек в компании «Самсунг») поехал на экскурсию в Сибирь, на рыбалку, потом в Татарстан — на страусиную ферму. Рыбалка ему не понравилась, потому что доставили их на место, а потом и забрали на старом кукурузнике и ему было страшно. Летчика, говорит, не понимал. Смеялся тот, когда взлетели, будто очень доволен, что получилось, и сам не поверил в свое счастье. Потом, когда приземлялись, просил, чтобы все молились за удачное приземление. Студент не видел в этом ничего смешного.

На ферме больше понравилось, пока не заставили их ездить верхом на страусах. Опять-таки боялся. Может, говорит, для русских это обыденное занятие, ездить на страусах, а у корейцев — нет. У корейцев минимальное общение с животными (даже с насекомыми) — ну когда-то в глубоком детстве видел муравья. Поэтому сначала отказался. Но от него не отставали, и в конце концов он согласился. Бегала эта курица, говорит, поначалу дружно. Но потом, говорит, не хотела останавливаться. Фермеры пытались курицу большую поймать, а не могли. Бежала, бежала, у него руки устали, он не мог больше держаться. Упал. Лежит на земле, больно, но вроде уцелел. Лежит, и подбегает к нему курица — не страусиная, а настоящая — и начинает ему клевать лицо. Хотел он сопротивляться, а сил нету, руки не может даже поднять. А курица в лицо все целится, клюет. Страх и ужас его объяли, но он бессилен был что-то делать. Лежит в грязи (тоже необычное для него дело) и переживает за свою жизнь. До сих пор не может терпеть даже запах курицы.

— И все потому, что тебя клюнула курица в лицо? — спрашиваю я.

— Да. Именно потому. И еще потому, что в тот вечер заставляли ее есть. Прибежали фермеры, свернули ей шею и пожарили на костре, типа барбекю из бывших врагов. Ужас! Раньше не представлял, откуда мясо, покупала мама в супермаркете, и было очень вкусно. А так — невкусно.

— Так ты стал совсем вегетарианцем?

— Нет, я не видел, как убивают других животных, поэтому их есть еще могу.

— А рыбу-то не убивали тогда?

— Рыба так рыба, она и для того создана, чтобы ее есть. А вот курица — другое дело.

8
 Моя Планета рекомендует 
Читайте также
Комментарии
Здесь пока никто не написал =(
Чтобы написать комментарий, вам необходимо авторизоваться или зарегистрироваться.