Минанкари: ювелирное искусство Грузии

В десятках грузинских домов можно увидеть необычные маленькие печи. Служат они не для обогрева, а для создания уникальных произведений искусства. Сегодня здесь возрождают веками забытую ювелирную технику перегородчатой эмали, которая называется минанкари.

 

Центр Тбилиси. Ранняя весна. Позднее утро. На открытых балконах с коваными львами неспешно курят усатые мужчины и сушится белье. Старинные деревянные аркады напоминают винные «ножки» на стенках бокала. Где-то звонят колокола. Сегодня я собираюсь увидеть самые старые и самые новые произведения искусства, выполненные в технике минанкари. Для этого я направляюсь в музеи, а потом — в гости к современному мастеру.

 

 

Грузия (ранее — территория Колхидского царства) — страна-производитель легендарного золотого руна. Хотя греки, по преданию, его давно похитили, а потом куда-то дели, в хранилищах старины Тбилиси и без него есть на что посмотреть. В Национальном музее выставлены первые образцы перегородчатой эмали тончайшей работы — пиктораль с птичкой V–IV веков до н.э. и золотые ножны с изображением головы теленка.

 

 

В Музее искусств поклонники эмали вроде меня рискуют заработать синдром Стендаля: от количества цветных икон и медальонов VII–XV веков с по-грузински наивными изображениями святых можно потерять сознание. Здесь же выставлен инструментарий, которым пользовались люди при создании этих произведений: перья птиц для нанесения красок, камни, которые перемалывали для получения пигмента, и печь с перфорированным куполом — в ней запекали цветной порошок, смешанный с водой, до стекловидного состояния.

Конечно, не только в музее можно встретить старинные эмалевые артефакты. Минанкари в стране встречается тут и там: то на гробнице святой равноапостольной Нины в Бодбе (край Кахетия), то на иконе Цилканской Божьей Матери в полумраке Мцхетского храма.
Из-за войн и междоусобиц в XV веке мастерство минанкари оказалось утеряно. И только в 60-х годах прошлого века экспериментальным путем оно было восстановлено историком Эрмиле Магради.

Сегодня в Грузии есть множество частных мастеров, изготовляющих украшения и религиозные атрибуты в этой технике. Здесь нет крупных ювелирных предприятий, работающих с минанкари, и выполнить такое изделие можно только вручную, так что каждая вещь индивидуальна, у каждого мастера — свой почерк. Мастерство минанкари возрождают на протяжении всего десяти лет после многовекового перерыва, поэтому антикварных вещей с грузинской эмалью не существует. Недорогие украшения можно найти в сувенирных лавках и на торговых развалах. Например, у Сухого моста — там под открытым небом выставляется множество художников, резчиков и ювелиров. Стоимость изделий начинается от 1000 руб. за кулон или крестик. Изделия на золоте попадаются редко — в основном их делают по заказу. За более тонкой и профессиональной работой следует идти в авторские галереи, например в «Орнамент» на улице Ираклия II.

Я направляюсь в гости к мастерице Кетеван Кавтеладзе. Прямо у себя дома она устроила небольшую мастерскую, где творит и проводит мастер-классы по изготовлению минанкари. В 2012 году Кети заняла первое место на выставке современного искусства эмали в Японии. Сегодня ее работы выставляются в одной из лучших галерей Тбилиси «Шарден».

 


Кети выглядит как московский хипстер: асимметричная стрижка, минимум косметики, клетчатая рубашка. Она встречает меня у подъезда своего сталинского дома с окнами, выходящими не только на улицу, но и на лестничную клетку. «Мы называем этот многоквартирный дом сталинским проектом не только за внешний вид, но и за вот эти нелогичные окна. Должно быть, они нужны для того, чтобы соседям было легче подслушивать разговоры друг друга», — говорит она.

 


Кети покажет мне процесс создания украшения с эмалью на примере серебряной подвески. Кстати, минанкари наносят на золото, серебро 999-й пробы или медь. Эта ювелирная техника неприменима на других металлах. Кети достает большую доску фанеры, к которой приклеены пронумерованные разноцветные кружочки — это палитра для определения цветов. Дело в том, что после запекания под воздействием высоких температур цвет может кардинально поменяться, особенно при нанесении пигмента на медную основу. Так что палитра нужна для удобства ориентирования. Мы определяемся с цветовой гаммой будущего кулона и начинаем работу.

 


— Я никогда не рисую эскизов, потому что не умею рисовать, — рассказывает Кети. — Рисунок рождается в голове, оттуда я и переношу его сразу на изделие. Работа над одним объектом длится около недели. Что я в это время делаю? Вообще-то очень много думаю. Это же удивительно: за рождением абсолютно эфемерной мысли следует создание чего-то осязаемого!

 


Мы берем серебряную основу, заранее подготовленную ювелиром, и наносим на нее прозрачную эмаль. Запекаем ее в специальной небольшой печке с толстыми стенками. Температура — 800 °C, время — 1–2 минуты. Далее щипчиками гнем тончайшие серебряные полоски (будущие перегородки), чтобы получился нужный узор — цветочек, и приклеиваем к основе. Все готово для того, чтобы разлить в образовавшиеся ячейки выбранные цвета.

 

 

Краски уже никто из мастеров не делает сам — цветные минеральные порошки заказывают в США, Японии или во Франции, а перед работой смачивают их водой. Также теперь существует полупрозрачная эмаль, дарующая изделию глубину, своеобразный 3D-эффект. Такая краска раньше в минанкари не использовалась. С давних времен в международной ювелирной терминологии есть два цвета эмали, которые считаются исконно грузинскими: красный и синий. Их чаще всего можно увидеть на старинных иконах, медальонах и в изделиях мастеров, придерживающихся традиционной сюжетики в своих работах.

 

 

Мы запекаем кулон с нехитрым изображением цветочка снова и снова, каждый раз накладывая слои краски, пока не зальем форму до краев. Останется зашкурить кулон до абсолютной гладкости и отдать ювелиру для окончательной обработки. С технологией все понятно, поэтому перехожу к вопросам про историческую преемственность и эстетику.

 

— Кети, в современном минанкари используются какие-то традиционные орнаменты или люди творят уже без оглядки на традицию?

— Все по-разному. Кто делает иконы, использует больше традиционного. Но я их не делаю. Если икону сделала женщина, это как-то сразу чувствуется. Мужская работа всегда глубже. Я очень свободна в своем творчестве. Вдохновляюсь не столько стариной, сколько, например, Густавом Климтом и Петром Оцхели — грузинским театральным художником начала XX века. Другие мастера тоже экспериментируют, и это хорошо. Одна девушка, например, комбинирует эмаль с деревом, кто-то делает елочные игрушки. Я вот изобрела броши-платья.

 

 

— Как определить качество изделия с перегородчатой эмалью?

— Перегородки не должны выступать, краска должна быть залита до самого края. Изначально изделие шершавое, мастер обязан отшлифовать его до зеркального блеска. В общем, халтуру распознать легко на ощупь и визуально.

 

— Чего на данный момент не хватает процессу возрождения минанкари?

— Возрождением заняты только частные предприниматели. До сих пор нет академического образования в этом направлении. Минанкари вполне может стать нашим брендом, если заняться этим на государственном уровне.

 

Мы убираем со стола цветные порошки, щипчики и прочие инструменты. Ставим заварочный чайник и домашнее варенье из местных мандаринов.

 

 

— Что сегодня в грузинской культуре и национальном самосознании важнее всего?

— Земля. Вино. И традиции, которые лично мне не близки. В Тбилиси они не настолько сильны. В кругу моих друзей, например, мужчина и женщина равны. Но я знаю, что во всей остальной Грузии с этим большие проблемы. А ведь именно женщины спасли свои семьи и вместе с тем нашу страну в 90-е годы: они пекли и продавали пироги, ездили челноками в Турцию — как-то крутились, пока экономика была в хаосе. Однако нам до сих пор нельзя попасть в политику. Надеюсь хотя бы, что невест нигде больше не похищают против их воли.

 

В Тбилиси вечереет, чай на столе заменяют два бокала терпкого красного вина. Кети рассказывает мне о том, что современные рестораны Грузии занялись переосмыслением традиционных блюд, а в одном старинном подвальчике американец продает интересное вино крошечных кахетинских виноделен и что в грузинские клубы наконец-то начали приезжать хорошие электронщики.

На прощание Кети дарит мне кулон цвета небесной лазури в виде ангела с распахнутыми крыльями. Такие вещи обыкновенно становятся самыми дорогими в жизни. Возможно, лет через триста одно из подобных изделий Кети ляжет в витрину Национального музея Грузии как артефакт времен возрождения минанкари. Вероятность такой формы бессмертия издревле толкает художников творить, а возможность прикосновения к трансцендентальному толкает нас их творениями владеть. Уезжая от человека с подарком, мы уезжаем словно бы не прощаясь. И снова усатые мужчины неспешно курят в вечернем сумраке на открытых балконах. И где-то звонят колокола.

28
 Моя Планета рекомендует 
Читайте также
Комментарии
Юлия Жук
0
Анастасия, спасибо вам большое за интереснейший репортаж. А скажите, пожалуйста, сколько будет стоить такая брошь-платье? И где ее можно приобрести?
Анастасия Клепова
Юлия, здравствуйте! Спасибо большое! По ценам я, к сожалению, не подскажу. Но её страничку с украшениями можно найти в фэйсбуке (Кети говорит по-русски и по-английски). emel.artlab страничка называется.
Татьяна Сафронова
Понравилась фраза: "Уезжая от человека с подарком, мы уезжаем словно бы не прощаясь".
Lula Gulua
1
Добрый день, спасибо большое за статью!
Мне очень везет в жизни на талантливых и добрых людей.Может быть поэтому я знакома с Кети.
Ее работы наполнены теплом,некоторые вещи стали талисманами и колесят со мной на удачу по миру:)
Грузинские украшения одновлеменно и очень аутентичные и очень светские, часто меня выручают в затруженой Москве:)
Желаю Кети благополучия, много радости, творческого вдохновения и внутренней гармонии!
Очень хочу, чтобы эта красивая женщина организовала свою школу минанкари.
С уважением, Лула.
Чтобы написать комментарий, вам необходимо авторизоваться или зарегистрироваться.