18 вопросов женщине-пилоту

 

Почему-то все считают, что пассажирскими самолетами управляют исключительно мужчины. Мы развеяли этот миф, поговорив с Марией Уваровской — пилотом авиакомпании «Аэрофлот»​.

 

— Вы семь лет в авиации, на настоящий момент — командир воздушного судна. А с чего началась ваша карьера пилота?

— С аэроклуба. Я занималась высшим пилотажем на спортивных самолетах. Есть небольшой опыт прыжков с парашютом и полетов на планере. Параллельно я училась в гражданском вузе. На тот момент не думала, что буду летать профессионально, но уже на третьем курсе поняла: все серьезно. Я закончила вуз, немного поработала и уже затем получила летное образование.

Не думаю, что работай я по «более женской», специальности, у меня было бы больше свободного времени

— И тогда вы были уже уверены, что станете пилотом?

— Я была уверена, что всерьез хочу этим заниматься, но препятствия казались непреодолимыми. Гражданская авиация была голубой мечтой, которую я считала несбыточной. Тогда я думала, что работа инструктором в аэроклубе — мой потолок, и даже не представляла, что когда-нибудь переступлю порог «Аэрофлота». Устроиться на работу было сложно даже уже профессиональным пилотам. И все же я решила сделать все от меня зависящее, чтобы быть спокойной: я хотя бы попыталась.

 

— Но ведь мало получить образование, нужно еще налетать определенное количество часов?

— Я попала именно в тот момент, когда начался регресс в спортивной авиации. Удавалось налетать семь с половиной — девять часов в год, это очень мало. Аэроклубы упразднялись, полеты стали платными. У меня не было связей и финансовых возможностей. Я использовала любой шанс, и мне удавалось, что называется, оказаться в нужное время в нужном месте.

 

 

— Что это была за возможность?

— Мне предложили работу в Череповце. Там находится большой градообразующий комбинат и при нем есть авиакомпания «Северсталь». Меня приняли как второго пилота Як-40 и пилота-инструктора в местный аэроклуб. Всегда с теплотой вспоминаю то время. Первые шаги в гражданской авиации и профессиональные полеты в спортивной, отличный коллектив небольшой компании, где все друг друга знают. Очень многие друзья по первому образованию меня не понимали: почему нельзя заработать деньги и летать в свое удовольствие. Тем не менее, это было сознательное решение, и я очень рада, что риск оправдался.

 

— То, что вы выбрали мужскую профессию, никого не смущало? Непонимание вызывало скорее отсутствие ясных перспектив?

— Друзья вне авиации пожимали плечами, а пилоты понимали и радовались за меня.

 

— Близкие поддерживали?

— Родные видели мой серьезный настрой. Никто мне не препятствовал, не противоречил, хотя на тот момент было абсолютно непонятно, что из этого выйдет. То, чего я достигла, — заслуга моих родителей, они всегда поддерживают меня.

 

— Работодатель рискует, когда берет на работу женщину?

— Я считаю, что риска в этом нет — какая разница, какого пола специалист.

Обычно две крайности — либо говорят: «Выбирай все что хочешь, мы оплатим — ты у нас одна», либо: «Возьми пиджак для бортпроводницы и пришей шевроны на рукава»

— Есть ли у женщин-пилотов какие-либо преимущества перед пилотами-мужчинами?

— На мой взгляд, женщины более склонны к дисциплине, выполнению технологических процедур. Для нас не характерно стремление к риску, авантюрам. По своей природе мы больше стремимся к безопасности. Исходить нужно из возможностей каждого отдельного человека. Мне кажется, самое главное для женщины, выбравшей мужскую профессию, — не выделяться, не требовать к себе особенного отношения. Просто выполнять свою работу, чтобы руководство понимало: перед ним нормальный специалист.

 

— Считается, что в нештатных ситуациях женщине сложнее сохранить хладнокровие. Согласны?

— Не знаю, я не могу позволить себе паниковать. Все, видимо, индивидуально.

 

 

— Но у вас бывали опасные моменты в работе?

— Сложные моменты бывают, но это часть нашей работы. Мы обучены действиям в любых непредвиденных ситуациях. Конечно, все предугадать нельзя, но то, что можно сымитировать, мы отрабатываем на системных тренажерах, которые позволяют создать абсолютно реальную картину происходящего: движение, различные погодные и ветровые комбинации и даже дым в кабине. Это необходимо для подготовки и понимания собственных возможностей. Сама вероятность возникновения непредвиденных ситуаций сведена к минимуму технологией нашей работы: мы постоянно перепроверяем работу наших коллег. Например, перед полетом в осмотре самолета участвуют как технический персонал, кто непосредственно готовит машину к рейсу, так и сами пилоты независимо друг от друга осматривают важные детали. Не говоря уже о том, что в кабине мы всегда перепроверяем действия друг друга. При таком подходе возможность ошибки человека сведена к минимуму.

 

— Как справляетесь с перегрузками?

— В спортивной и военной авиации понятие перегрузок другое, при выполнении фигур сложного и высшего пилотажа они весьма ощутимы и с ними нужно уметь справляться. У нас же гораздо сильнее на здоровье влияет ненормированный график, сломанные биоритмы. Самое трудное — это ночные рейсы. Мой личный способ справляться — за день до и после полета ничего не планирую, выключаю телефон и сплю столько, сколько необходимо. Это помогает. Не секрет: работа пилота сложна. Чтобы посвятить себя авиации, нужно этим жить. Мне очень нравится быть частью большого и серьезного дела.

Женщина–пилот — это все-таки непривычно и неудобно: индивидуальный пошив формы, опасение, что она уйдет в декрет

— Почему женщина-пилот — редкость?

— Думаю, играют роль стереотипы. Если есть выбор между хорошо подготовленными пилотами разных полов, работодатель может выбрать мужчину, потому что не хочет сложностей. Женщина–пилот — это все-таки непривычно и неудобно: индивидуальный пошив формы, опасение, что она уйдет в декрет и закончит на этом летную карьеру. Хочется поблагодарить работодателей, которые не акцентируют внимание на этих моментах, а рассматривают профессиональные качества своих специалистов. В этом смысле «Аэрофлот» лидирует — в нашей компании 15 женщин-пилотов, из которых три КВС. Я надеюсь, что это постепенно станет нормой.

 

 

— И для 15 женщин разработана специальная форма? В ней предусмотрена юбка?

— По международным стандартам мы обязаны носить китель, брюки, фуражку. Причем у нас индивидуальный пошив — для «Аэрофлота» это важно. Я знаю, что на некоторых авиапредприятиях девушки справляются сами, подбирают, ушивают. В небольших компаниях обычно две крайности — либо говорят: «Выбирай все что хочешь, мы оплатим — ты у нас одна», либо: «Возьми пиджак для бортпроводницы и пришей шевроны на рукава».

 

— Приходилось ли вам сталкиваться со скептическим отношением со стороны работодателей?

— Я не помню, чтобы приходилось упираться в стену мужского недоверия. Если очевидно, что единственная мотивация — серьезное увлечение делом, почему бы не дать человеку возможность поработать? При условии, конечно, что он действительно соответствует всем требованиям.

Мне комфортно работать в мужском коллективе, я думаю, даже комфортнее, чем в женском

— А как относятся коллеги-мужчины, например второй пилот?

— Поначалу, конечно, оценивающе. У некоторых в глазах читается: «Посмотрим, какой ты командир». Это довольно быстро проходит, как только он убеждается, что я на своем месте. Кстати, основная часть моей работы — управление командой. Важно не только то, насколько мягко ты пилотируешь и сажаешь самолет, но и умение организовать экипаж, чтобы все работали слаженно, спокойно и с хорошим настроем. Психологическая обстановка очень важна. У нас есть специальные занятия, где мы в процессе розыгрыша той или иной нестандартной ситуации отрабатываем варианты взаимодействия, разбираем детально причины и последствия различного поведения. Таким образом такая серьезная угроза безопасности полетов как человеческий фактор. В целом мне комфортно работать в мужском коллективе, я думаю, даже комфортнее, чем в женском.

 

— Как реагируют пассажиры?

— Конечно, удивляются. Иногда узнают: «А мы с вами уже летали». Приятно видеть, как скептическое отношение людей сменяется улыбками и благодарностью.

 

 

— У вас наверняка очень насыщенный график, как вам удается совмещать семью и работу?

— Я бываю дома практически каждый день, потому что летаю на среднемагистральных самолетах — несколько часов туда и обратно. Несколько раз в месяц летаю в командировки — на один день максимум. Вообще, женщины сейчас очень востребованы. Приходится выбирать: либо ты ведешь активный образ жизни, либо сосредоточена на доме. Дети, семья, брак — это колоссальная работа, очень достойный путь. Здесь нет правильного выбора — каждый решает для себя. Не думаю, что, работай я по «более женской» специальности, у меня было бы больше свободного времени. А когда мама и жена — состоявшаяся личность, это благоприятно влияет на атмосферу в доме.

 

— Что будете делать, если ваша семилетняя дочь захочет тоже стать пилотом?

— Дочке интересна моя профессия, сейчас она хочет идти по моим стопам. Но у нее все очень быстро меняется: сегодня она решает стать пилотом, а завтра — учительницей. Это очень сложно и важно — понять, чего именно ты хочешь. Если я увижу ее серьезный интерес к какому-то делу, не стану мешать. Я, как и мои родители в свое время, сделаю все от меня зависящее, чтобы мечта моего ребенка осуществилась.

26
 Моя Планета рекомендует 
Читайте также
Комментарии
Бобёр Древесный
Потрясающая девушка!
Чтобы написать комментарий, вам необходимо авторизоваться или зарегистрироваться.