Вниз по Керженцу: Оленевский скит

На этот раз я был один, поэтому мне удалось все хорошенько рассмотреть и поискать то, что осталось от когда то одного из самых больших и самого старого из всех керженских скитов - Оленевского. Кстати, именно здесь жила настоятельница, которая потом стала прообразом Манефы у Мельникова-Печерского (там дело, правда, происходило в Комаровском ските) и тут же похоронена послешница, которая сыграла роль Фленушки. Так же интересно то, что это единственное место, где поселение сохранилось до сих пор непосредственно на месте скита. Вот такое примечательное место этот Олневский скит.



Проехать туда довольно сложно, на легковой машине вообще вряд ли теперь удасться, хоть два года назад а заползал туда на своем Сиде.



Перед деревней стоит крест, обозначающий бывшее кладбище.



Перед самим Оленевым - тоже крестик



Недавно приезжий мужчина установил вот такую часовенку у въезда в деревню



Большинство скитов в местах наших были образованы монахами. Лишь потом, спустя годы по разным причинам скиты мужские преобразовывались в женские. Так было и со скитом Оленевским. Вот что говорит предание о его основании.

Святой Макарий с братнего своею после устроения скита Керженско-Никольского двинулся в верха керженские. Притомившись, устроились они на отдых и ночлег на правом берегу Керженца-реки. Места здешние до сих пор глухие, таежные. Кругом болота непроходимые. Только и можно пройти по гривам песчаным. Вот по этим гривам и отправились иноки на охоту. Перешли речку тихоструйную, что Чернушкой зовется, и изумились, увидев очень большого красивого оленя. Он доверчиво подошел к ним, как бы говоря: «подивитесь на красоту мест здешних». Хоть и были в руках у иноков мечи железные, но доверчивость оленя, его «умный взгляд» не позволили подняться руке вооруженной на красавца лесного.

Макарий после рассказа иноков, увидел в этом глас свыше, глас Божественный и повелел монаху Оленего остаться на житие и обоснование святой обители на месте сём. Вот поэтому скит, возникший здесь, одни называют Оленейским, а другие - Оленевским. Это был 1439 год. Обитель сначала была немноголюдной, но в 1568 году, спустя более века со дня основания, в эту глухомань лесную прибыла Анфиса Колычева, родственница митрополита Московского Филиппа. Прибыла не одна, а со слугами своими. С этого времени скит оживает как духовно, так и материально. Именно сюда потянулись преследуемые и гонимые, униженные и обиженные властями и порядками тех времен. Скит стал прирастать числом иноков и обителями. Всем помогала богатая, но праведная Анфиса. Если первоначально скит был мужским, то с появлением Анфисы он становится женским. Нет, она не выгнала иноков. Немощных старцев оставила в скиту, выделив для них кельи в мужской обители, остальным, по их желанию, построила дома за пределами скитскими. Наверное поэтому в Оленеве до сих пор не было и нет ни одной прямой улицы.

«Питиримово разорение» 1720-х годов обошло скит Оленевский, правда запретили звоны колокольные, сняв их со звонниц, а потому на моление к заутрене, обедне собирались под удары в било. Это чугунная, железная, а иногда и деревянная пластина, по которой ударяли молотом, чаще деревянным. Подвешивали било на перекладину.



Жительствующие в скиту не приняли новин Никона, оставались верными заветам отцов и дедов, но принимали «беглое священство» от господствующей церкви, то есть, были «беглопоповского толку».

В 1826 году скит насчитывал 14 женских обителей. В нем имелось 5 часовен и 9 моленных. В 1834 году здесь проживало 432 души мужского и женского полу. Откуда были настоятельницы указывают их клички - прозвища. Так Дорофея Филиповская, Евпраксея Богоявленская, Ненила из Комарова, Персида Касимовская, Фиоза из Рскшино и кличут се Рекшинская. Вирсаида приехала из Москвы, она - Московская, а вот откуда прибыла Левтина неизвестно, но ясно, ч то она не местная, так как записана - Левтина Городная. В одной из обителей проживала Манефина - девка Ульяна Глебова.

Оленевский скит больше 100 лет назад. Пальцевская обитель. Фото М. Дмитриева.



Современное состояние



Мужчин в это время в Оленеве, в своих домах проживало всего ювять: Иван Никитин, Яков Андреев, Петр Степанов, Александр Антонов, Ефим Иванов, Маритьян Павлов, Петр Иванов, Василий Негров и Яков Семенов. Что интересно, многие из них были грамотными (Умели читать и писать). Это мы узнаем из документов того времени. В частности, геометрического плана Нижегородской губернии Семеновского уезда Скита Оленевского владения экономического ведомства крестьян и разного звания людей. Межевания учиненного по указу Нижегородского губернского правления июня 1 дня 1834 года Горбатовским уездным землемером Лыковым. Из оного геометрического плана узнаем, что скит занимает 71 десятину 991 квадратную сажень (Для справки: 1 сажень = 213,35 см; 1 кв. десятина = 2400 кв. сажень = 1,093 га) На оном месте состоит жительствующих крестьян мужского пола девять и проживающих с семействами их женской 38 душ. Особо проживающих женского пола ревизских душ сто сорок. Господских по пашпортам 74. По увольнениям 14. Купчих 3. Мещанок 31. Экономического ведомства разных мест 54. Удельного ведомства 39. Конюшенного двора 2. Вольнопахотных 4. Духовного звания - одна. Солдаток - штнадцать. Солдат - один. Здесь же указывается, что под семью кладбищами находится 1555 квадратных сажен земли.

За правильность составленного плана, кроме землемера Лыкова, руку приложили: Петр Степанов - крестьянин, Петр Иванов, бывший староста, Мартьян Павлов и староста (настоящий) Александр Антонов. Надо отметить, что в то время у большинства населения России, как и жителей Оленевского скита, фамилий не было. Поэтому говорили: Петр Иванов, то есть Петр сын Иванов. В настоящее время это звучало бы Петр Иванович. Фамилии появятся позднее, после реформы 1861 года, а пока были обители Софьи Маленькой, Агнии Напольной и т. д.
Год 1853. черный год для всех скитов. Указ царя Николая I от 1 марта повелевал: «Скиты закрыть» . Нижегородские губернские власти определили:»переселить оленевских скитниц в скит Улангельский». В 1854 году в 18 обителях скита осталось: 1 схимомонахиня, 48 инокинь. Кроме того в скиту насчитывалось 17 «сиротских домов», жители которых к общине не принадлежали, кормились своим хозяйством. «Сиротскими» дома назывались потому, что они были без «попечения» скита. Часть оленевских скитниц перебралась на жительство в Семенов и образовали обители в городских домах, но уже келейно (тайно).

Именно в эти годы покидают скит три брата Степан. Карп и Евдоким со своими семействами. Чтобы не поддаться «прелестям антихристовым», чтобы остаться верными «исконной», древлей вере направили они стопы свои в края сибирские. До наших дней дожила дочь Карпа Осиповича — Агафья Лыкова на далеком Еринате. Об их житье-бытье и скитаниях написана книга Василия Пескова «Таежный тупик». Сама Агафья родилась далеко от краев наших, но со слов отца своего Карпа знает она нашу реку Керженку, знает скит Оленевский.



Уставщицы Оленевского скита



Одна из последних жительниц Оленева



В отчетах 1857 года скит Оленевский указывается уже как бывший, тем не менее священники города Семенова в своих рапортах отмечают: «скитницы упраздненного скита проживают по месту прежней прописки».

Обители (место обитания) строились по типу «стан» В середине была площадь, на которой стояла часовня. Строения стояли «по кругу» - «лицом» к часовне (а «задом» наружу). Сзади обители - огороды возделываемые инокинями и белицами (не посвященными еще в монахини). Огороды были обнесены изгородью из жердей. Каждая обитель имела свою настоятельницу, по имени которой обитель и называлась. Так, например, обитель Пальцевская - по имени игуменьи Лампиады Пальцевой. Мать Маргарита была настоятельницей Анфисиной (Колычевой) обители. Название Анфисиной обители не менялось со дня основания, в знак особого уважения к ней, хотя настоятельницы менялись.

Кстати, мать Маргарита послужила праобразом матери Манефы в романе П.И. Мельникова (Андрея Печерского) «В лесах». Другая героиня романа - Фленушка, действительно проживала в Оленевском скиту. По списку 1834 года составленным землемером Лыковым, Флена числится как проживающая в обители за номером 31. По соседству с ней проживают Марфа и Павлина под номерами 32 и 33. Настоятельницей была Марья Елистрантьева, отмеченная знаком Солнца. На всех четверых у них было всего 684 квадратных сажени земли, в то время, как другие настоятельницы имели по одной, две и даже более десятины.

По смерти своей Флена была похоронена невдалеке от своей обители. Побывавший здесь в начале XX века (примерно 1912-1915 гг.) писатель Юрий Прилуцкий в своем рассказе пишет: «Высоким бурьяном пробирались мы к единственному, но и самому поэтичному памятнику старины: в огороде среди буйной растительности бурьяна находится могила Фленушки - героини романа Мельникова-Печерского. Большое каменное надгробиес почти разрушенными надписями указывают место погребения Фленушки».

Как говорят местные: «У нас в кельях памятников старины не один и не два, а наберешь, пожалуй, с десяток. Только они осели (провалились) и заросли бурьяном, но найти их можно». С ними трудно не согласиться. За полтора века, даже более, скрыться с глаз может все, тем более, что последние 70 лет за реликвиями этими не было никакого ухода. В том, что памятник (надгробный) был не один, она тоже права.

До сих пор почти на самой дороге, среди улицы, что ведет в сторону Хахал, лежит каменное надгробие.



Оформлено оно художественно, но надписи сбиты. Читается только: «Под сим камнем погребена раба божия ... московской купеческой вдовы Пелагея ... шикой дочери Суминой скончавшейся ... с души жития ей было 63 года 10 месяцев и ... день. Тезоименитство...»



С другой стороны: «Рахманова ... Федоровна ... и год 1824, и еще дата 102»

 


Метрах в пяти от надгробия лежат большие обтесанные камни. Со слов старожилов, само захоронение было там, где лежат камни, а надгробие было оттащено трактором в сторону, так как часть камней была использована при закладке фундамента одного из домов в 50-е годы XX века.

Интересна фамилия - Рахманова. В России в древние времена рахманами называли жреческую касту. Ра - господь, солнце, священнослужитель. Ман - знать, думать, человек. Слово «рахв» употреблялось при обращении к духовным лицам. По преданию Рахманова была питерской купчихой, которая в старости пожелала быть похороненной в святом месте и переехала на жительство в скит Оленевский.

С разных концов матушки России были здесь насельницы. Владели они ремеслами искусными. Особенно славилось плетение бисерное, да изготовление лестовок. Шитие риз (одежд) бисерных для икон святых завезла сюда, якобы, еще Анфиса Колычева, во времена Члексея Михайловича. Именно с тех пор познали окрестные жители, что такое бисер. Глядя на эти миниатюрные стеклянные цветные бусинки, видели крестьяне разливы ягод спелых по полянкам лесным: земляники да брусники, черники да малины. От того и назвали одну из полян, что в двухстах саженях от скита, Бисерихой.

Со временем обросло место то (Бисериха) легендами разными. Да и как им не быть, легендам этим, если всего лет сто назад на месте этом убило Марию Захаровну. Собирала она на поляне-гриве этой ягоды, вдруг поднялся ветерок, вершинку дерева сломило и прямо на нее. Сказывали старики, что здесь будьто бы клад зарыт, а клад заговоренный, вот он и не дает покоя людям. Объявляется иногда в разном виде, напоминая о себе.

Рядом с поляной этой болото. «Однажды, когда я еще была не замужем, - так начала свой рассказ жительница Оленева, - я пошла на эту Бисериху за черникой, а дело было к вечеру. Ягод много, увлеклась. Вдруг, слышу теленок мычит. Откуда, думаю, взялся. Оглянулась, а он стоит среди поляны, весь, как огненный, светится. Перекрестилась я, да бегом домой. Забыла и ягоды. Как очутилась дома не помню. Только, когда бежала, сзади слышала шум да свист какой-то».

С незапамятных времен повелось, что каждый христианин, особенно при совершении молитв, обязан был иметь лестовку, называли её еще лествицей. а древние старушки инокини говорили, что лествица — есть духовная лестница на Небо, к Богу. Это символ старообрядчества. В целом это как бы круг с пришитыми двумя парами лепестков. Лента - круг - символизирует образ вечной и непрестанной молитвы. На круге том имеется 100 валиков (ступеней). Кроме них есть три валика в начале и три валика в конце лестовки, да три «великих» в средине. Три начальных и три конечных валика означают «Землю». Помните библейское «Из Земли человек вышел и в Землю войдет»? Промежуток между этими валиками и остальными - есть небо, ибо каждый валик за промежутком - молитва, а молитвы возносятся к Всевышнему. Три «великих», утолщенных валика разделяют лестовку на четыре участка: от «земли» до первого «великого» валика - 12 ступеней, означающих двенадцать Апостолов. От первого «великого» валика до второго - 40 ступеней (валиков), означающих сорокадневный пост, в память о 40 дневном посте Исуса Христа в пустыне и его искушениях диаволом. От второго «великого» валика до третьего - 33 ступени, означающие годы жизни земной Господа и Спасителя нашего. От последнего, третьего великого валика до «неба» идут 17 простых валиков - ступеней. Всё в лестовке имеет свой особый потаенный смысл. 17 валиков символизируют о семнадцати пророчествах в Ветхом Завете, о пришествии Христа. В месте соединения концов ленты (круга) пришиваются две пары окантованных треугольных лепестка. Означают они четырех евангелистов (Матфей, Марк, Лука и Иоанн), рассказывающих о земном пути Исуса. Сама лестовка, круг, чаще всего делалась кожаной, бархатной или плелась из шерсти. Лепестки украшались бисером или вышивкой. Окантовка лепестков чаще всего была бархатной и символизировала евангельское учение.



Лестовки, выполненные оленевскими монашками считались самыми действенными, так как внутрь валика (ступени) вкладывалась Исусова Молитва, написанная на пергаменте. Каждый благочестивый христианин должен был ежедневно отмолить семь листовок (дважды, трижды и т.д. по семь).

Сзади огородов, по левую сторону улицы, как идешь в Хахалы, есть местность, называемая Софьино поле. По преданию, слышанному мной от разных людей преклонного возраста, именно здесь была обитель Софьи Алексеевны, сестры царя Петра I, куда она была сослана Петром после неудавшегося выступления стрельцов, войска которых Софья использовала в борьбе за власть в 1682 году.

В Оленеве Софья Алексеевна не была в строгости, имела прислугу. К ней приезжали родственники. Могла гулять, где хотела, но в пределах скита. По мере укрепления царской власти её брата Петра Алексеевича и сведения к минимуму угрозы со стороны самой Софьи строгости в отношении её были сняты вообще, и около 1700 года Софью Алексеевну перевели в Москву в Новодевичий монастырь, где она и «приняла» постриг под именем Сусанна, и в 1704 году мирно скончалась.

Именно с ее именем старообрядцы Связывали тот факт, что «Питиримово разорение» обошло скит Оленевский. «Не посмел, - говорили они, - Питиримка коснуться обителей тех, где царская особа ступала». Так было или нет, но скит в те годы цел остался.

Сейчас «Софьино поле» бурьяном заросло, да кустарником, а лет 30 назад, когда поля обрабатывались, находили здесь иконки медные, монеты золотые, а уж кирпича красного битого - не сосчитать.

Дом в Оленеве



Иконостас



Долго и упорно, со времен незапамятных уничтожали веру древлеправославную на Руси святой. Но в скиту Оленевском оставалась она не сломленной ни царями гонителями, ни секретарями воителями. До сих пор здесь вспоминают Марию Абрамовну Строинскую. Именно она оставалась в годы советской власти хранителем старой веры. Родилась она в нашем уездном городе - Семенове, у благочестивых, простых родителей. Семья у отца её Абрама была большая, поэтому её в возрасте 6-7 лет отдали на воспитание в Оленевский скит в Пальцевскую обитель, где она познавала грамоту старопечатную, да жизнь богоугодную. Еще до революции 1917 года настоятельница обители Лампиада померла, а потому Мария Абрамовна осталась за старшую. До самой своей смерти содержала она моленную, богато уставленную иконами старого письма. Здесь в её моленной, тайно от властей крестили младенцев, совершали богослужения, а когда с дальних мест прибывали священники, то проводилась и литургия с исповеданием и причащением.

В доме у Марии Абрамовны жили две матушки Кассиания и София. Когда верующих стали сильно «прижимать», матушка Кассиания уехала на жительство в Урень. В 1952 году Марии Абрамовны не стало. Похоронена она на общем Оленевском кладбище.

Сейчас вспоминают, как говорила она: «Доживете, девчонки, вы до времен, когда люди все в баском (красивом, цветном) ходить будут, церкви тоже изукрасятся, а внутри пустота. Забудут люди, что они - творение Божие, злоба и зависть поселятся в сердцах их». Помнится, все крестились истово и говорили: «Господи, спаси, сохрани и помилуй».

 


Использован текст книги "Скиты керженского края" А. Майорова
18
 Моя Планета рекомендует 
Читайте также
Комментарии
Dmitry Cambodia
2
Хороший репортаж.  👍 👍 👍
Антон Афанасьев
спасибо!
Maxim Tsvetkov
0
Очень хорошо. Я хоть и далек от тем православия, прочитал с удовольствием.
Tatyana Roznicheva
0
Чудесный репортаж, сколько исторических изысканий, фотографий и интересных встреч.
Лариса Герасименко
0
Спасибо! Очень интересно!
Чтобы написать комментарий, вам необходимо авторизоваться или зарегистрироваться.