Узункольский горизонт




09-23.07.16 г.

Узункол! Этот горный район давно манил меня, словно магнит.

Отпуск на нужные даты был взят ещё полгода назад. И, несмотря на то, что часть нашей команды не нашла возможности выбраться в горы, принято нелёгкое решение всё-таки ехать.

День 1
И вот, машина моих друзей несётся по направлению к аулу Учкулан, туда, где над зелёными холмами предгорий реет белый купол западной вершины Эльбруса.

Минуем Учкулан и аул Хурзук, в котором работники местной пограничной службы проверяют наши пропуска в погранзону, и продолжаем путь вдоль русла реки Кубань, а затем – вверх по реке Узункол.
Солнце светит ясно, сочная зелень после недельных проливных дождей радует глаз, сияя капельками радужных росинок. Реки, неистово бурля и переваливая через массивные стволы недавно подмытых упавших деревьев, выплёскивают из берегов на полотно дороги свои мутные воды.

Дорога сияет лужами, и наш автомобиль преодолевает их подобно катеру, рассекающему гладь озера. На берегах дорожных водоёмов находят себе пристанище многочисленные стаи трепетных бело-чёрных бабочек. Потревоженные нашим прибытием, они вспархивают, образуя вокруг нас белые облака.

К полудню, преодолев некоторую часть пути пешком, попадаем на территорию альплагеря «Узункол». Давно не знавший заботливого хозяина, он представляет собой заброшенный и печальный осколок советского прошлого.

День 2
Погода переменчива, как кисейная барышня. То ясно светит солнце, то вдруг набежит тучка, норовящая пролиться дождём, то синеву неба закроет белая дымка.

Мы топаем по направлению к большому скалодрому альплагеря Узункол. Здесь мы проводим скальные занятия.

Когда в долину Узункола спускаются тихие серые сумерки, мы возвращаемся, наблюдая, как слева от нас, над самым альплагерем, низвергается в чёрную темноту леса гигантский водопад, падающий со скальной ступени под горным массивом Чат-Баши.



День 3
Весь день дождь плакался, то роняя редкие крошечные слезинки, то взахлёб рыдая. Он не оставил нам шанса для очередных скальных занятий, поэтому время прошло в неспешных сборах к завтрашнему раннему выходу на двухдневный курс ледово-снежных занятий.

День 4
На рассвете в лагере царит оживлённая атмосфера: все отделения альпинистов отбывают сегодня на верхние ночёвки, каждое – в свой определённый уголок горного района Узункол.

Нашу группу, например, ожидает встреча с ледником Мырды. Подход к нему пролегает через одноимённую долину. В неё, широкую и пологую, бурлящими шумными каскадами низвергаются десятки рек и речушек, берущих начало в ледниках окрестного горного цирка. Стекаясь и разливаясь по дну долины протоками разноцветной, от ярко-рыжей до бирюзовой, искрящейся воды, реки образуют топь. Затяжные дожди делают болото труднопроходимым.

 

Вот и сейчас, после продолжительного обильного ливня, мы аккуратно шагаем сквозь вездесущие заросли зелёной осоки, и наша обувь проваливается в зыбкую твердь, выдавливая из неё болотную воду и непрестанно чавкая. Иногда приходится переходить протоки через маленькие деревянные мостики, иногда – через стволы поваленных деревьев, но чаще – просто перепрыгивать и перешагивать их.

Рассветные солнечные лучи испаряют влагу, и она клубится на отрогах гор белыми облаками. Над дном долины висит тончайшая кисея водяной дымки, и по этой хрустальной грани тумана прокладывает себе путь другая группа альпинистов, также направляющаяся к леднику Мырды.

Искупанные ливнями и умытые капельками сияющей утренней росы, из буйной травы на нас поглядывают венчики пёстрых крошечных полевых цветов. Ветви берёз полощут листья в протоках чистейшей вкусной воды. Гостеприимные полянки, покрытые зелёной осокой, обманчиво зовут прогуляться по ним. На менее заболоченных участках мирно пасётся стадо коров и несколько грациозных лошадок. От всего этого чудного пейзажа, свойственного средней полосе России, веет удивительной русскостью.

 

Однако над белыми стволами берёз стеной поднимаются горы. Они проступают из белёсого тумана, испаряемого солнцем в бездонную синеву неба. Слева и сзади от нас взгляду открылась массивная мрачная громада вершины Узункол, справа, прямо над нами – правильный конус довольно высокой горы Пирамида.



Верховья ущелья справа налево замкнули огромный массив Гвандра (3983 м.) и отделённая от него ледником и перевалом Мырды массивная угловатая громадина вершины Кирпич, легендарной во времена советского альпинизма, а также вершина Далар.

Она, перегородившая собой левое ответвление ущелья Мырды, имеет свой ледник, от которого вверх вздымаются неприступными бастионами её почти вертикальные стены, вонзившие острые кривые зубья своих мрачных башен в синее подбрюшье неба. Суровая и могущественная, она напомнила нам тёмную горную крепость Кирит Унгол из эпической саги о Кольце Всевластья.



Невольно бросая на неё косые взгляды, мы начали резкий подъём из болотистой долины по крутому серпантину, уводящему на правую боковую морену ледника Мырды.



Пейзаж резко изменился. Покинув благодатную зелёную поляну и пройдя тропами, утопающими в рододендронах, мы очутились в безжизненной местности, сложенной из камня и льда.

Наскоро поставив лагерь и пообедав, мы прихватили ледовое снаряжение и отправились вниз, туда, где зализанное каменное ложе выстлал язык ледника.

Надели кошки и под руководством Миши, нашего инструктора, вышли на лёд – нас ожидал день ледовых занятий. Походивши по поверхности льда, рассечённого трещинами, впадинами и водными протоками, мы направились выше. Там, под почти отвесной стеной Кирпича, тело ледника врезалось в обглоданный бараний лоб и, разбиваясь об него, раздваивалось на рукава. Здесь нас ждало ледобурение, изготовление станции из петель Абалакова и прохождение в связках ледовой стены вдоль зияющих трещин.



Вернулись в лагерь вечером, наполненные новой информацией. В окружении мирно пасущихся на скудной местной травке горных туров приготовили ужин.

Вспыхнули бастионы вершины Далар, словно охваченные огнём осады, облилась золотом макушка Кирпича, заалел пурпуром далёкий горный кряж на западе…

Затем спустились тихие серые сумерки, а горные туры всё продолжали прибывать к месту нашей стоянки. Давно никем не пуганные и не стрелянные, они чувствовали себя хозяевами этих мест, и поэтому полюбопытствовали узнать, кто на этот раз заглянул к ним в гости.

День 5
Подъём – в 03.00. Едва затеплился рассвет – мы, как штыки, на снежных занятиях. Ходим по твёрдой корке вверх-вниз, делаем станции на ледорубах. Вдоволь повеселившись, сворачиваемся и отправляемся в базовый лагерь.



Солнце ярко светит, небо радует чистейшим ультрамарином, поляна Мырды дышит свежей зеленью и глядится глазками пёстрых цветов, порхают бабочки, берёзы шелестят весёлой листвой, тут и там среди травы грибы показывают свои пёстрые шляпки… Просто райский уголок планеты!

В месте, где речная протока, поворачивая, образовывает глубокий бочаг, полный голубой чистейшей воды, разом останавливаемся. Нам одновременно приходит в головы одна и та же мысль. Мгновенно делимся на мальчиков и девочек, раздеваемся и прыгаем в реку. Вода в ней холодна, как лёд, и обжигает кожу.



Вернувшись в альплагерь, выпускаемся на два маршрута, ведущие на вершину горы Кирпич – 3А по гребню и 3Б по стене.

Наступает ночь, ясная и свежая. После того, как серебряный лик луны скрывается за чёрным окоёмом гор, на небосводе высыпают звёзды.

 


День 6
Собрав снаряжение, необходимое для восхождений, мы вновь отправились к верхнему лагерю на морену ледника Мырды.

День 7
Подъём – в 01.40. Освещая себе путь фонариками, спускаемся от лагеря к языку ледника. К рассвету подходим под перевал Мырды, ведущий на территорию Абхазии. И, так как подъём на сам перевал запрещён погранслужбой, мы поворачиваем налево, туда, где ледник резко увеличивает свой уклон, взбираясь на гребень горы Кирпич.

Достигаем гребня... Горизонт распахивается, открывая нам вид на южную, отвесную стену Кирпича и изломанную линию зубьев Водораздельного хребта на востоке, а на юге – на абхазскую зелёную долину реки Сакен со скованным льдом озером в её верховьях. Благодатные лучи солнца разгоняют утреннюю дымку над сонной долиной и заставляют нас жмуриться от нахлынувшей радости!



Начинаем движение по гребню, затем – по стене.

Наконец, примерно к 13.00 мы оказываемся на просторном куполе вершины, покрытом глубоким снегом. Его венчает груда огромных скальных плит с каменным туриком и красующимся рыжим кирпичом, принесённым сюда, на высоту 3800 м. над у.м., командой каких-то весельчаков.

Спускаемся немного ниже, и на пологом участке гребня останавливаемся, чтобы принять ночёвку на маршруте, предписанную нашими инструкторами.



Под руководством Миши изучаем, как построить из камней ровную площадку для установки палатки.

Золотые лучи закатного солнца, прорезая кружево облаков и дымку, повисшую над пирамидальными стройными пиками гор Гондарая, прощально гладят крохотную красную палатку, прилепившуюся к каменному гребню горы Кирпич. Внутри палатки наша команда и проводит эту ночь, довольно холодную.



День 8
Это была наша первая ночёвка, проведённая на маршруте, и первый рассвет, встреченный почти на вершине горы, в то время, как все живые люди ночевали где-то далеко в долинах. И в этом была доля магии!

Не желая мёрзнуть в предрассветных сумерках на безжизненном гребне, встаём в 04.00. Собираем лагерь, одновременно наблюдая, как алеют румянцем вершины окрестных гор. Выразительнее всех прорисовывается контур коварной красавицы Ушбы.

Покидаем гору, однако по пути вниз перебиваем драгоценную верёвку. Теперь у нас нет пути на второй маршрут 3Б категории сложности. Единственный возможный выход – топать вниз, за новым снаряжением.

На спуск к леднику у нас уходит более половины дня. Особенно много времени занимает спуск по достигающим около 70˚ обледеневшим снежникам.



Возвращаемся в верхний лагерь, спешно его сворачиваем и уходим вниз. Огней альплагеря достигаем уже ночью, в серебряном свете гигантской полной луны.

День 9
Доломиты. Именно туда наша команда направилась раним солнечным утром, на развилке двух троп повернув не как обычно направо, в долину реки Мырды, а налево, в ущелье Кичкинекола.

Лоскут синего неба украшали белые крапинки лёгких перистых облачков, солнце нешуточно пригревало, и вид на верховья долины реки Кичкинекол и на венчающие их горные вершины открывался великолепный. Слева направо во всей своей красе и мощи, окружённые кружевом ледовых трещин, перед нами предстали легендарные в среде альпинистов вершины Фильтр, Замок, Двойняшка и величественный бастион Далара, виденный нами ранее с запада, из долины Мырды.



Далее наш путь из ущелья пролегал налево и вверх по крутому натоптанному серпантину, который вился среди цветущего ароматного разнотравья альпийских лугов вдоль ручья, образующего в своём течении ступени и водопады.

Когда мы очутились в висячей долине, дно которой полнилось протоками сияющей воды, зелёными травянистыми полянами и беспорядочными осыпными навалами гигантских камней, набор высоты резко прекратился; он начался вновь, едва мы начали карабкаться на скалистую дамбу, перегородившую верховья долины. Над дамбой скальной короной вздымалась стена Доломитов.



Путь по дамбе мы проделали в окружении резвящихся горных туров и, стоило нам оказаться на её макушке, как нашим взорам открылся потрясающий вид на озеро Доломит.

В бездонной непрозрачной синеве этого озера утонуло небо, растворив в его водах жидкую бирюзу. И по нему была проложена каменистая подводная тропка, ведущая на единственный островок. Озёрное зеркало оказалось с трёх сторон зажатым в тиски гигантскими осыпными пелеринами гор. С четвёртой же стороны путь ему преграждала сама дамба, узкая, но высокая.

 

На её верхушке мы и стали лагерем.

Зарумянился закат. Лёгкие кружевные облачка на небе стали походить на розовые зефирины, развешанные в воздухе каким-то неисправимым мечтателем. Одна такая особенно крупная «зефирина» зацепилась за верхушку Далара и долго не покидала её, после захода солнца приняв вид расползшейся свинцовой кляксы. Посерел, померк и весь небосвод, и дело здесь было не только в вечернем времени суток: перистые облака никогда не сулили ничего хорошего...



День 10
Грозовой шквал разразился над долиной реки Кичкинекол глубокой ночью. Он пришёл сюда с двух сторон: с северных предгорий и с юга, перевалив через Главный хребет. Заворожённо наблюдали мы за эпической сшибкой двух фронтов, не желающих уступать друг другу первенство. Небо трещало и рокотало от страшных оглушительных раскатов; молнии смертоносными кривыми иглами пропарывали полчища низких туч и вонзались в горные бастионы, и от их ударов на несколько мгновений делалось светлее белого дня. Как из расколотой чаши хлестал дождь.

Выход на маршрут, запланированный на эту ночь, отменился. Нам оставалось только ждать, когда утихнет неистовство небес.

Вслед за серым неприветливым рассветом наступил столь же невзрачный день. Ушедшие грозы оставили за собой пелену сизых туч. Они толклись стаями на месте, словно не желая покидать поле недавней битвы. Над безжизненной долиной озера поднялись туманы, и их клочья блуждали неупокоенными призраками среди угрюмых скальных башен. Стекавшая с доломитовых стен дождевая вода образовала реки и водопады, которые не утихали до полудня. К вечеру облачная завеса зашевелилась, поредела, и, пронзая её, потянулись к сырой земле благодатные солнечные лучи.



День 11
Это был один из тех насыщенных дней, рассвет и закат которого мы встретили в пути.
Подъём – в 01.50. Сыро, пасмурно, ветрено, но дождя нет. Выдвигаемся на штурм вершины Южный Доломит (3708 м.), подход к которой пролегает вдоль всей стены Доломитов по морене умирающего, почти полностью вытаявшего ледника. По пути находим ещё два озера, затерянных в сыпучих навалах древней морены: одно – совсем крохотное, тоже бирюзовое, – обнаруживается сразу за озером Доломит; второе, находящееся выше по морене, напоминает мутную, грязную лужу.
От перевала Доломит Южный начинаем движение по скальному маршруту, который пролегает по западной стене через ключевой участок, именуемый «Морковкой».

Дует сырой порывистый ветер, мимо проносятся клочья тумана.

Почти отвесную стену «Морковки», оказавшуюся и вправду рыжей и почти гладкой, проходим «в лоб».



Через некоторое время мы достигаем гребня. Он состоит из крупных и мелких отколотых блоков и больше похож на пасть акулы, которой кто-то выбил почти все клыки.

Вершина не заставляет себя ждать. Она открывается с первыми солнечными лучами, пробившими туманную пелену. Подгоняемые ветром, мимо частых скальных башенок и кривых острых гребней проносятся облака, постоянно меняя пейзаж. Внизу на северо-западе ярко синеет небесно-голубой лоскут озера Доломит и маленькие пёстрые точки наших одиноких палаток.



Пора нам возвращаться туда. По мокрому глубокому снегу, лежащему вдоль гребня, движемся южнее, в сторону спускового кулуара.

Кулуар этот представлял собой череду крутых бараньих лбов, всех в наледи, и заканчивался узким крутым снежником, тело которого было изборождено рытвинами от падающих гигантских валунов. Один такой валун, размером с машину, каким-то чудом распёрся и завис в самой верхней осыпной части кулуара. Аккуратно, и в то же время не мешкая, мы начали опасный спуск и наконец оказались под дугой перевала Южный Доломит. Взойдя на него и вновь спустившись на другую сторону, мы оказались у наших палаток.

Спешно сворачиваем лагерь и уходим на ночёвки под массив Чат-Баши.

Путь к Чатским ночёвкам пролегает через перевал Охотничий, очень сыпучий и неприятный для прохождения. Путь подъёма происходит по неявной тропе, крутым зигзагом набирающей высоту по трухлявым мелкоосыпным склонам. На спуске тропа вовсе теряется среди бесконечных нестабильных навалов камней. Наскакавшись по ним вдоволь, приходим к месту нового лагеря к закату.

Место, отведённое под стоянку палаток, довольно живописно. Оно представляет собой зелёную террасу с отдельно стоящими гигантскими замшелыми валунами, всю в травах и цветах, и по ней, как заведено в здешних краях, беспечно бродят горные туры. Террасу разделяет надвое серебристая лента ручья. На юге, все в осыпных пелеринах, вздымаются гранёные пирамидки Северного Доломита; на северо-запад тянется крутой травянистый склон Чат-Баши; а к западу висячая долина, нырнув на огромную осыпную площадку, резко обрывается вниз, к альплагерю Узункол, гигантской мрачной ступенью водопада.

Завершив, наконец, все приготовления к завтрашнему восхождению, укладываемся спать.



День 12
Время – 01.50. Дождь.
04.00 – дождь, очень сильный.
08.00 – дождя нет.
09.40 – выход от бивака.

Подход под маршрут осуществляется прохождением крутого травянистого склона, а затем – подъёмом по осыпи под перевал Чат. В нескольких сотнях метров перед перевалом вправо к стене горы уходит крутой осыпной конус. Далее начинается маршрут 3 Б категории трудности на вершину Чат-Баши (3776 м.), проложенный по северному ребру горы.

Пойдя в связках по осыпи, мы оказались в сыром, заваленном снегом кулуаре. Снег полз, скользя на скальной требухе. Зализанные снегом скалы, больше похожие на разрушенные бараньи лбы, были залиты водой и льдом. Скальные выступы при попытке за них застраховаться разбирались руками.

Выйдя на сухой, освобожденный от снега и воды контрфорс, мы почувствовали себя увереннее. Правда, камнями маршрут простреливало постоянно: вся гора была чрезвычайно разрушенной.



Поднявшись аккуратно по ребру, мы выбрались на вершинный купол, весь разбитый вдребезги настолько, что по нему было нелегко прокладывать путь.

С вершины, стёсанной ветрами и временем, сквозь тончайшую кисею дымки открывался вид на суровые стены массива Доломит, увенчанные радугой, и на лежащую далеко внизу болотистую долину Мырды с витиеватым рисунком речных протоков на её ровной зелёной поверхности.



Не мешкая, мы заторопились вниз: сегодня нам суждено вернуться в базовый лагерь, чтобы назавтра покинуть Узункол.

По раскрошенному склону Чат-Баши мы сползли к травяной террасе, и, свернув палатки, поспешили в альплагерь, освещаемые закатным солнцем.
5
 Моя Планета рекомендует 
Читайте также
Комментарии
Рузанна Коншина
Очень поэтично написано, но по-моему не дописано.
Места и фотографии изумительные! 👍 Не удивительно их сходство с Доломитовыми Альпами.
Серафима Гритчина
Спасибо! Всё правильно, текст не полный. Он сильно сокращён, особенно в конце, и выглядит незаконченным. Сейчас попробую исправить.
Чтобы написать комментарий, вам необходимо авторизоваться или зарегистрироваться.