Трагедия свободолюбивых лошадей

В Латвии на территории города Елгава располагается природный заказник лугов поймы реки Лиелупе. Среди редких и охраняемых птиц и животных здесь живут «восстановленные» тарпаны. Когда-то люди их изничтожили, а потом, не сумев «примириться с тем, что лошадей нет на земле, решили «воскресить».

О заказнике



Рядом со знаменитым Елгавским дворцом, возведенным великим архитектором Растрелли по заказу Бирона (сейчас здесь университет), на островах находится природный заказник, охраняемый государством. Как ценный биотоп и место, имеющее огромное значение для гнездования птиц, луга Лиелупе включены в Мировой фонд природы (WWF), в список охраняемых территорий (Латвийский план охраны природы) и в список проекта «CORINE biotopes».





Тарпан



Тарпан (Equus gmelini) — вид вымершей дикой лошади. В большинстве своем они исчезли почти два века назад. Обитали в лесостепной и степной зоне Европы, на территории Западной Сибири и Западного Казахстана. Его считают родоначальником домашней лошади и ближайшим родственникам лошади Пржевальского.

«Это было красивое животное серого цвета, с широкой черной полосой («ремнем») вдоль спины, с темными ногами, гривой и хвостом». Но, одновременно, и отважное и выносливое животное. Некрупное : высота в холке достигала 136 см. Существовали два подвида тарпана — степной (Equus gmelini gmelini) и лесной (Equus gmelini silvaticus). Первый населял степи и лесостепи от восточной части Румынии до Урала (возможно и далее), второй — Белоруссию, Литву, Польшу, Германию и некоторые другие страны Западной Европы»



В книге Игоря Акимушкина «Трагедия диких животных» читаем:
«Тарпаны были осторожны, легки и быстры на бегу. Стадом тарпанов всегда заправлял самец, он охранял стадо во время пастьбы, находясь на каком-нибудь кургане или возвышенной местности, тогда как стадо паслось в долине. Самец давал знать стаду об опасности и сам уходил последним. Он же гнал стадо к водопою, предварительно осмотревши место, нет ли опасности, для чего удалялся от стада нередко на версту и более. В сухие лета, когда в степи вода пересыхала, тарпаны приближались к Днепру… Впрочем, тарпаны, по сообщениям, выносливы к жажде, и им достаточно росы. Чтобы утолить жажду, слизывали росу языком с травы»

Причины их исчезновения



Основное место обитания тарапанов - степи. Пока лошадь была незаменимой в хозяйстве и армии, целинные степи сохраняли: их запрещали распахивать, поскольку на ней паслись лошади.





Люди к началу XIX века стали активно заниматься сельским хозяйством, распахивая и обрабатывая целину, вырубая леса, то есть, отнимая у лошадей их территорию обитания. В эти годы исчезли лесные тарпаны, последнего из них застрелили в 1814 году в Восточной Пруссии.
Степные продержались еще 100 лет.
Дольше степные тарпаны сохранялись в причерноморских степях, приазовских, кубанских и донских, где они были многочисленны еще в 1830-е годы. Однако через 30 лет сохранились лишь их отдельные косяки, а в декабре 1879 года (об этом чуть ниже) умер последней вольный тарпан. Несколько лошадей прожили в неволи до 1918 года:
но сколько б не приручали свободолюбивых тарпанов, они так и не смогли жить «в плену у человека»




Другой причиной исчезновения тарпанов явилась безжалостная на них охота.
Во-первых, их столетиями уничтожали за мясо, которое считалось деликатесным.
Во-вторых, самцы - тарпаны иногда отбивали из табунов домашних кобыл, легко справляясь с жеребцами. Людей сей факт сильно травмировал, и они устраивали безжалостную травлю.
В – третьих, тарпаны «травили посевы, а зимой иногда начисто поедали сено, заготовленное поселенцами в степи и сложенное в стога. Тарпанов стерегли у водопоев, у стогов с сеном, и жестко истребляли». Создавались специальные отряды по их истреблению.

Свободу предпочла сытости



«В декабре 1879 года в таврической степи у села Агаймон, в 35 км от Аскании-Нова, был убит последний степной тарпан в природе» - из книги Игоря Акимушкина.

Оставшись в одиночестве, лошадь, тоскуя видимо по обществу, приходила в поле «на общение» к домашним особям. При приближении людей она скакала прочь…
Только через три года дикая лошадь привыкла к людям, но по-прежнему жила самостоятельно. Хотя за это время она дважды жеребилась. «Жеребят, когда те выросли, стали запрягать, но они были слабые и плохие работники».



«Через три года дикая кобыла решилась вместе с табуном войти в зимний загон… Здесь её поймали и заперли. Тарпаниха как бешеная кидалась на стены, буйно металась по конюшне и выбила себе глаз. Потом забилась в темный угол и застыла, словно в трансе. Несколько дней ничего не ела. Но голод и жажда выгнали ее из угла. Постепенно она вновь привыкла к людям. Шла на водопой. Но всякий раз старалась вырваться, и не было никакой возможности оседлать ее.

Весной кобыла ожеребилась третий раз (в конюшне), поэтому ее выпустили на вольный выпас вместе с табуном. Думали, она стала ручной. Но она, как видно, свободу ценила сильнее сытого желудка. Как только открыли ворота и сняли недоуздок, кобыла «с громким ржаньем» умчалась в степь. Позднее вернулась, но ненадолго: подозвала жеребенка и ускакала вместе с ним. Больше ее не видели»

И лучше б не видели. Но история имеет трагическое окончание.



В другом селении, Асканию-Нова, недалеко от описанных выше событий, крестьяне несколько раз видели дикую лошадь. И решили они «испытать резвость своих коней» и изловить тарпана. В бешеной скачке они догнали тарпана - и только потому, что передней ногой он попал в нору и сломал ее. Упал и лежал беспомощный на снегу... Люди связали его, положили на сани и привезли в село. И тут узнали: это же та безглазая кобыла, которая свободу предпочла сытости конюшни!

Она заслужила такое уважение во всей округе, что крестьяне, люди не склонные к сантиментам, пожалели ее. Захотели спасти тарпаниху, упросили деревенского парикмахера (он же и коновал) сделать ей новое копыто, протез… Но измученное преследованием и болью животное не воспользовалось этой последней любезностью, подаренной людьми: в конце декабря 1879 года последний вольный тарпан умер в ненавистном ему плену у человека»

«Воскрешение» тарпана



«Тут бы и следовало поставить точку, если бы история тарпанов не имела продолжения. Ученые, люди неугомонные, никак не могли примириться с тем, что нет уже на земле тарпана, и решили «воскресить» его» - из книги Игоря Акимушкина.



В начале XIX века двадцать тарпанов волею судьбы оказались у польских крестьян. Лесные дикие лошади оказались покладистыми, чем степные, и поддались одомашниванию.

«Из этих тарпановидных коников, как их называют в Польше, генетики решили умелым скрещиванием и отбором вывести новую породу лошадей с внешними признаками тарпана. Работой руководил Т. Ветулани. Дело, начатое в 1936 году, шло успешно, несмотря на войну и оккупацию (многих животных, с которыми экспериментировали поляки, вывезли в Германию). Тарпан возрождался на глазах: поколение за поколением его потомки, растерявшие в течение полутора веков свои признаки в массе крестьянских полукровок, постепенно вновь «собирали» их. Эти рассеянные в сотнях лошадей фамильные черты дикого мышастого коня удалось сконцентрировать, как в фокусе зеркала, в немногих животных. Некоторые кобылы стали приносить жеребят с короткой стоячей гривой, как у зебры или лошади Пржевальского. А это – типичный «дикий» признак, закрепить который у потомков домашних лошадей особенно трудно»

«Воскрешенные», или, как говорят зоологи, «восстановленные», беловежские тарпаны очень неприхотливы. Даже в холодную зиму они обходятся без стойл и других укрытий.



В Елгаву, куда их завезли в 2007 году, «воскрешенных» тарпанов называют Konik Pоlski.
Перед лошадьми «поставили несколько целей»:
- прижиться в данной естественной среде,
- не допустить зарастание затопляющихся лугов,
- и умножить здесь многообразие флоры и фауны.

Konik Pоlski не только прижились, а заметно умножили свое присутствие на территории заказника: их сейчас 40! Более того, тарпаны приняли людей! – На острове можно спокойно совершать прогулки на велосипеде.
Одно необходимое условие, когда пребываешь в заказнике, - строго-настрого запрещено кормить лошадей. Они живут в естественной среде и нельзя вмешиваться в среду их обитания.





17
 Моя Планета рекомендует 
Читайте также
Комментарии
Илья Tованчев
5
Как раз закончил читать статью про лошадь Пржевальского, чью популяцию сейчас восстанавливают в Оренбуржье. В Монголии и на севере Китая уже значительный прогресс в этом деле. Про тарпанов также упомянуто было, что безвозвратно потеряна эта порода диких лошадей. Еще один момент - генетический, у полутарпанов, описанных вами, может стоять еще острее проблема генов, чем у лошадей Пржевальского, так как невозможно образовать необходимое количество генетических комбинаций для необходимого разнообразия, а многие аллели и вовсе исчезают из генофонда. Все это приводит к инбриндингу, когда из-за близкородного скрещивания у следующего потомства прогрессирует снижение иммунитета и плодовитости.
Светлана Чанилова
Да, Илья. Нам рассказывали, что хоть они восстановленные, но все-таки не на 100%. Хотя б на таком примере. Тарпаны спали стоя. В заповеднике лошади лежали.... А вообще, когда углубляешься в эту тему, страшно становится - сколько загубленного, невозвратно потерянного
Илья Tованчев
6
Да, бесспорно. Еще хуже осознавать, что хватает идиотов, которые готовы накормить белую медведицу мясом со взрывчаткой. Сами все уничтожаем, а когда потеряем - схватимся за голову. История стара как мир.
Natasha Shishkina
2
Илья, а существует ли иной способ восстановления породы, кроме инбриндинга? Получается тупиковый путь? (я не спец!)
Илья Tованчев
2
Сейчас модно говорить о клонировании  😉.
На мой взгляд лучше уж так как есть, чем из пробирки.
Павел Логинов
А как из пробирки? Был бы генетический материал для клонирования - дело другое, но из выделанной шкуры музейного чучела вряд ли возможно выделить ДНК. И мерзлоты нет... Если только в каком-нибудь болоте подходящие останки найдутся, да и то вряд ли - непонятно как там искать. Да и не даст клонирование разнообразия, хотя позволит получить хоть одного чистокровного тарпана для дальнейшей работы.
А проблема инбридинга решается достаточно просто - дальнейшим прилитием крови домашних лошадей близких по фенотипу. Ведь формально это обычные домашние лошади и говорить об их генетической чистоте всё-равно уже не приходится. Вот лошадей Пржевальского крайне нежелательно скрещивать с домашними лошадьми, а этих запросто. Потом дальнейший отбор с выбраковкой и прочие зоотехнические мероприятия. Да и ту же лошадь Пржевальского можно к тарпанам подмешать, для разнообразия, на правах ближайшего родственника.
В любом случае воссоздать абсолютно чистого тарпана невозможно, но свою нишу эти звери займут.
Павел Логинов
Спасибо за статью! Я про эту работу в своё время много слышал, но вот посмотреть какие-то практические результаты всегда забывал... А вот они, почти настоящие тарпаны :-)
Светлана Чанилова
И вас, Павел, спасибо) Всего доброго
Светлана Чанилова
😊Да, почти.
Чтобы написать комментарий, вам необходимо авторизоваться или зарегистрироваться.