Они упрямо продолжают сеять

Оба они стоят в самом центре города, словно охраняя торговый центр, выстроенный, по-моему, в готическом стиле. Может быть, это и не памятники вовсе, а просто малые архитектурные формы. Были где-то в наличии, их и прикупили для украшения супермаркета, и вот, стоят.
Я же имею в виду монумент покорителям целины, единственный такой на всей территории бывшего Союза. Хочу рассказать про то, как Михаил Сергеевич Горбачев помог его создателям и нашему городу. Как говорится, почти забытая история, навеянная его недавним юбилеем. Побывал он у нас всего один раз, и не имел еще титулов генсека и президента СССР. Но уже был членом политбюро и секретарем ЦК, так что власти вполне доставало. На это у нас и рассчитывали.



Михаил Сергеевич в аэропорту города Костаная

Случилось это поздним летом 1981 года, перед самой уборкой урожая, которая еще с доцелинных времен была у нас важнейшим делом. Все брось, но хлеб убери! Со всей большой страны, еще не разделенной границами, съезжались водители, комбайнеры, целые воинские части работали на урожай.
Михаила Сергеевича Горбачева встретили у трапа самолета, с пионерами и цветами. Затем усадили в единственную в Костанае «Чайку» и повезли в город. По словам очевидцев, был он вполне демократичен, интересовался, видами на урожай, собирался съездить на поля. Что вполне понятно, поскольку в самом начале своей трудовой биографии будущий генсек ЦК КПСС работал комбайнером и знал, о чем говорил.
В городе черный лимузин подрулил к обкому партии, Михаил Сергеевич первым делом позвонил в Москву, Раисе Максимовне, доложил, что долетел благополучно. Вторым, как говорится, делом, все взяли заранее приготовленную корзину с цветами и возложили ее к памятнику Ленину.



Монумент покорителям целины. Пионеры встали в почетный караул

Был наш Ленин работы известного советского скульптора Николая Андреевича Щербакова. Вопреки традиции он не стоял на верхотуре и никуда никому не указывал, а просто шел вместе с народом к победе коммунизма. Постамента не было вообще, если не считать невысокие гранитные ступеньки, на которых очень любили фотографироваться пионеры. Сейчас Ильич, кстати, цел и невредим, правда, стоит уже не в центре города. Как ушел однажды в парк Победы, да так там и остался.
Исчерпав эту непроизводственную часть программы, хозяева и гость плавно перешли к ее деловой составляющей. Поехали на завод химического волокна, и Михаил Сергеевич с удовольствием пообщался с рабочими. Побывали на полях, понятное дело, на очень даже неплохих полях. А вернувшись в Костанай, посетили два продовольственных магазина.



По традиции сразу после открытия - небольшой концерт

Михаил Сергеевич с интересом обошел прилавки, на которых горделиво красовались неплохие куски мяса, и даже была колбаса. Антиалкогольная кампания, которая скоро лишит народ простых радостей, еще только созревала в умах вождей. Но метла дефицита в центральных областях страны уже вовсю мела по прилавкам, и гость конечно же знал про это. А тут, в далекой целинной глуши, вроде бы даже какое-то благоденствие. Удивительно.
Прилавки и их содержимое Михаилу Сергеевичу настолько понравились, что он не удержался от реплики: «О, какое тут у вас мясо. В Москве поискать!». Местные руководители скромно покивали головами: «Стараемся». Собрался народ, и Михаил Сергеевич тут же вопросил толпу: «А это не показуха? Что, всегда такое на прилавках?» Народ бодро ответил: «Нет, не показуха, всегда так». Про то, что продавали эти продукты по талонам, все опять же скромно умолчали.



Молодые механизаторы получили дипломы на именную технику

И программа визита покатилась далее, в сторону завершения. Но было в расписании поездки нечто такое, чего не было нигде записано, да и промелькнуло совершенно незаметно для всех, кто не был причастен к этому делу. Если в двух словах, то на карте стояла судьба монумента покорителям целины, и лишь человек очень высокого уровня мог решить ее в положительном смысле.
Забегая вперед скажу, что Михаил Сергеевич и решил ее так, как надеялись в Костанае. И в общем-то именно благодаря ему стоит у нас этот монумент, и может простоять до тысячи лет при должном за ним уходе. Про уход, конечно, разговор особый, я бы даже сказал, неприятный, поскольку его нет вообще. Но и выводить монумент из разряда памятников истории, если вдруг кому-то захочется, бесполезно, поскольку находится он под защитой ЮНЕСКО.



Выпускной школьный бал — на той же площади

Пропущу для остроты сюжета рассказ о том, как выбирали место для будущего памятника и собирали деньги на его строительство. Сами же комсомольцы и занимались этим делом, и даже накопили примерно 300 тысяч рублей. Потом был всесоюзный конкурс на лучший проект монумента и его победителями стали московский скульптор М.Б. Смирнов и два архитектора, московский и наш, А.П.Семенов и А.П.Тимошечкин.
Уже была отлита на месте бетонная плита, основание громадного памятника. Была заказана и выполнена в Минске бронзовая пашня, на которую должны были встать два бронзовых парня и девушка. Их должны были изготовить в Ленинграде, на заводе «Монумент-скульптура». И вот на этой решающей стадии все работы встали. На фигуры целинников и ленту славы требовалось 300 тонн бронзы. Это был годовой фонд всего министерства культуры СССР.
Человек осторожный сто раз бы подумал, прежде чем замахиваться на такую махину. Я не знаю, почему ни авторы, ни хозяева области не сомневались в успехе предприятия. Может быть, сказались целинный размах, привычка к громадным полям, большому хлебу, уверенность, что страна всегда поможет. Но отливку бронзовых фигур в Ленинграде остановили, и было такое ощущение, что начатая стройка так и не будет закончена.



Страничка из журнала «Soviet Life» - чтобы знали про целину и за рубежом

Кого просить о помощи? И тут вдруг очень кстати заявлен приезд в Костанай Михаила Сергеевича Горбачева. Если он откажет, то вся затея с монументом пойдет прахом. К нему и решили обратиться напрямую, без посредников.
...Та же самая «Чайка» неспешно катила по улицам города. У Комсомольской площади свернула и притормозила напротив стройки. Здесь уже с макетом монумента в руках высокого гостя ждали мэр города Семен Петрович Бакай и главный архитектор Александр Петрович Тимошечкин. Пока ехали, первый секретарь горкома партии Валентин Юрьевич Михайлов рассказывал гостю про наши проблемы.
Горбачев решение принял быстро: «Пишите письмо на мое имя, помогу обязательно». Письмо написали, на другой день отдали помощнику и приготовились ждать. Однако уже через неделю Совет Министров СССР принял специальное постановление. Будущий монумент включили в перечень обязательных объектов министерства культуры СССР, был выделен металл и определен исполнитель заказа, тот самый Ленинградский завод «Монумент-скульптура». Иначе говоря, мы получили все, что хотели. Можно было начинать, и уже надо было, потому что совсем близко подходила круглая дата.



Памятная табличка с именами авторов

Очень хотелось успеть с монументом к весне 1984 года, ведь пленум ЦК КПСС, на котором Никита Сергеевич Хрущев объявил о начале целинной эпопеи, проходил в марте-феврале 1954-го. Было желание торжественно, при большом скоплении народа открыть монумент, дать слово заслуженным людям, героям труда, а потом чтобы обязательно выступили молодые механизаторы. И здесь очень кстати можно было включить в сценарий праздника вручение именной техники. Была у нас такая традиция: вручать молодым механизаторам именные трактора и комбайны, на которых они потом и трудились.
Красивые были планы, однако к весне 1984-го завершить монумент не успели. Слишком велик был объем работ, очень много заказов раскинули по всей стране, и не все смогли уложиться в срок. Открывали его уже в середине осени, в октябре. В остальном же все торжественные дела были исполнены, как и хотелось. В основание монумента заложили капсулу с письмом к потомкам первых целинников, с указанием вскрыть в 2054 году. Что там написали, где она сейчас, не знаю. Выступили на площади и целинники, и молодые механизаторы, дали слово автору монумента московскому скульптору Михаилу Бояновичу Смирнову.
Через два года после открытия монумента весь авторский коллектив был выдвинут на Государственную премию СССР. В списке соискателей монумент стоял рядом с другим претендентом на эту высокую награду, известным фильмом «Жестокий романс». Но в итоге Государственную премию не получили ни фильм, ни монумент.



А это один из авторов монумента — костанайский архитектор Александр Тимошечкин

Наверное, даже тогда великих сожалений по этому поводу ни у кого не было. Не дали, ну и ладно. Город получил памятник, каких больше нет нигде, спасибо и за это. К его созданию приложили свои руки рабочие Ленинграда, Алматы, Минска, Костаная, Рудного. По сути, это памятник труду, или человеку труда, как хотите. Собственно, в СССР в те годы было всего лишь два таких объемных монумента, посвященных человеку труда. Это известные всем «Рабочий и колхозница» Веры Игнатьевны Мухиной и наш монумент покорителям целины. Почему-то я думаю, что за последние годы к этому короткому списку не добавилось ничего.
Но еще живы тысячи людей, которые ехали сюда, пахали и сеяли, а теперь их облик увековечен в бронзе. Разве этого мало? Низкий поклон им за их труд. Эти люди до сих пор называют себя целинниками, как дети их, внуки и правнуки. Каждый год в начале марта у них есть повод собраться за столом и отметить эту дату. Собственно, ради них я раскопал и описал эту историю — чтобы вспомнили.



Вся площадь, все подходы к монументу утонули в сугробах

… Вместе с Тимошечкиным мы съездили к монументу, мне хотелось снять его на фоне этих бронзовых фигур. С трудом пробрались через сугробы к памятнику. На бронзовой пашне заметны следы от детских санок, видно, хорошая горка получается, если совсем не убирать снег. Мраморные плиты местами выломаны и украдены или утонули в сугробах. Я уже засомневался, на месте ли плита с именами авторов. Но нет, высоко висит, цела.



В 90-е годы здесь собирались многолюдные митинги

Ветер свистел на заснеженной площади, редкие тропы проложены были по сугробам, накрывшим лавочки и саженцы елей. Ни прохожих не видно, ни желающих взять лопату и почистить хотя бы основание монумента. Бронзовые фигуры стоят в сугробах и упрямо сеют зерна в холодный снег. Но ведь хлеб по сугробам не сеют...



Наш Ленин никуда не указывал, а просто шел вместе с народом

Среди архивных фотографий можно найти немало таких, на которые попал этот памятник и площадь. Здесь успели и выпускной бал провести, и технику именную вручить. А в конце
90-х здесь собирались многолюдные митинги по поводу пенсий и тарифов на коммуналку. И уже тогда было некому убрать сугробы с бронзовой пашни...



Хотите верьте, хотите — нет, но это наш, костанайский Наполеон

Использованы авторские и архивные фотографии
8
 Моя Планета рекомендует 
Читайте также
Комментарии
тата алекс
0
спасибо за репортаж.а по сути-много равнодушия сейчас.слишком много.
Владимир Моторико
Спасибо вам за поддержку, она очень важна для меня. А историй таких - масса. Стоит только поговорить с людьми. Еще есть люди, которые все это помнят.
Чтобы написать комментарий, вам необходимо авторизоваться или зарегистрироваться.