Лед и пламя Ородруина



Ледоруб вгрызался в толстый наст и я с легкостью делала еще один шаг. Затем пара секунд на вдох-выдох и можно повторять снова. Сначала ты даже не думаешь, что понадобится снаряжение на такой небольшой высоте. Однако, когда взору предстает разверстая снежная пасть спящего Ородруина, хочется всеми способами оказаться в нужный момент в нужное время. А вот тут-то и понадобится небольшой тюнинг в виде кошек и ледоруба.

"Это была бесплодная и безжизненная земля. Скалистая поверхность Горгорота была усыпана пеплом, землю избороздили ямы и расщелины, из которых пары. Посреди равнины одиноко возвышалась Роковая Гopa"



Мощный Скайлайн уносил спящих нас на юг. Арагорн Иннокентий спланировал все как нужно, и, забегая вперед, скажу, что все прошло без казусов. Тому причиной бесценный опыт нашего Вождя и сравнительно небольшое Братство Кольца в 4 человека. План безукоризненный - 5:30 старт из Окленда, 9:00 прибытие на территорию национального парка Тонгариро, к 12:00 добраться до первой хижины, занять место, позавтракать, взять с собой необходимый минимум и в полдень двинуться стопами Фродо Бэггинса в кратер Роковой Горы.



По дороге немного спим, немного разговариваем. Перед рассветом в это время года всегда густой туман на полях. А на фермах вовсю кипит работа.



Оплата проживания в хижине осуществляется в тур центре в начале любого большого трека.
"Как это у вас нет лавинного набора?" - Удивился служащий, взглянув на наши бодро позвякивающие кошки - "y нас повышенная опасность"
Мы оглядели сувенирную лавку и туристское барахло за три цены, решили, что все таки не стоит скупать все подряд, да и в случае серьезной угрозы схода лавины нас попросту не пустили бы наверх. Так оно и вышло, нам для галочки показали стенд с угрожающей надписью "danger!" и отпустили с миром. Если уж мы собираемся карабкаться на пыхтящую серным дымом Амон Амарт, то лавинный набор нам может и не понадобится. Главное что есть голова с мозгами, а это важнейший элемент любой экипировки.

До хижины дошли меньше чем за полчаса, заняли места. Одинокий Дом-во-степи был пустой, даже рэйнджер отсутствовал. Быстренько вскочегарили газовые горелки, сварили кашу, чаек, Иннокентий выдал отмеренные печеньки да темный шоколад.
"Ибо не стоит нажираться перед восхождением!" - отрезал он, взглянув на наши вытянувшиеся в недоумении лица. Полпеченья и кусочек шоколада - это несерьезно. Проснувшийся организм, глотнувший свежайшего горного воздуха, требовал как следует подкрепиться.



Я даже успела немного полетать на квадрокоптере, заснять эту неописуемую красоту, но время было лимитировано. Засиживаться не стоит, за шесть часов нам нужно было взбежать на вершину, и вернуться в хижину, ну и желательно еще предаться радости бытия на местах небесных сил.



Я надеялась полетать на склонах, хоть мне и говорили, что там жутко задувает. Поэтому полуторакилограммовый Иван лез со мной на вершину в надежде расправить пропеллеры над вечными снегами Мордора.

От хижины проходит часть известнейшего каждому новозеландскому туристу трека Тонгариро Кроссинг. Но группы ушли еще рано утром, поэтому мы наслаждались пейзажами и бодро топали практически в одиночестве, не считая попадающихся по дороге странников.



В турцентре нам сообщили, что вершина выше зоны облаков. На развилке Иннокентий раздал нам реактивное топливо в виде энергетических батончиков и конфет. Это важнейшее содержимое карманов любого походника. От знака тропа уходила на хребет, тут мы сворачивали с Кроссинга и начинали свое эпическое восхождение в честь бессмертного произведения сэра Джона Толкиена.

Между заснеженных склонов отчетливо виднелся каменный хребет. По этой негласной тропе мы поднялись до уровня снега и тут начался экшн. Сначала в ход пошел ледоруб. На каменно-лавовой сыпухе он бесполезен, но вгрызаться в твердеющий под весенним солнцем наст было весьма к стати.
Парни ушли вперед и держались метрах в пятидесяти от меня. Честно, было тяжеловато, но весьма терпимо. Не хотелось бежать, но было желание задерживаться дабы узреть это белое безмолвие во всей красе, с разных ракурсов предстающее по мере восхождения.



Еще на сыпухе я заметила три очень интересные вещи. Тонкая струйка пара, бьющая в небо из одного отрога, тонкие линии на левом склоне и три одинокие точки, меняющие положение. Первое явление оказалось дымком, струящимся из камней, будто гигантский кальян. А линии и точки было ни чем иным как лыжней и фрирайдерами.

Николай преследовал сразу две цели. Помимо рекреационно-эстетической имела место быть разведывательная.



"В следующем году возьму доску" - сказал он. Мимо нас со свистом пронеслись двое сноубордистов. С торжественными воплями они скрылись далеко внизу, где склон заканчивался тропой Кроссинга. Зимой на Нгаурухое народу немного, нам встретилась всего пара компаний. Обменялись впечатлениями и сведениями и пошли каждый своей дорогой, как вдруг...

"$@#!!!!!!" - орет Николай и я следую его взгляду.

По лавиноопасному правому склону со зловещим шелестом несся камень размером с армейский поварской котел. Бодро подпрыгивая на выступах, он скрывается в туманной бездне а мы ошалевшие смеемся и ужасаемся одновременно. Зрелище весьма забавное, не будь оно таким смертельноопасным.

Идем траверсом. Сыпуха заканчивается и шанс получить камнем по башке значительно снижается, однако темные проталины и капающая со снежных пластов вода не дают расслабиться ни на минуту. У Иннокентия на шее болтается Гармин- +200 к навигации.

"Осталось 300 метров!" - кричит он.

Я пинаю лаву и делаю первый "вгрыз" ледоруба в снег. Дистанцию держать строго обязательно. Всё же уклон 45 градусов. Набор высоты от хижины до вершины 1100 метров. От подножья до пика - 600. Для кого то раз плюнуть, а кому то здорово откашляться. Ощущения вполне обычные, как после интенсивной кардио тренировки. Еще немножечко и можно будет сесть на месте силы и предаться созерцанию, радости и...да, чревоугодию и утолению жажды.



Струящийся парок все ближе. Еще и еще. Ледоруб вгрызается в наст и я делаю два шага, медленно считаю до трех и снова шаг. Наконец вижу Николая и Иннокентия за ледовым наносом. Еще рывок и...



Мы спрятались на подветренный стороне, сразу за дымком. Сели на горячие камни и сперва прислушались. То ли завывание ветра в наносах, то ли геотермальный шум в чреве этой гигантской ювелирной фабрики. Жутко, тепло и непередаваемо красиво. Ты ощущаешь как расслабляются мышцы. Когда снимаешь рюкзак, на спине тут же вырастают крылья и лично я, козелком вскочив на камешек, принялась фотографировать ребят. Хотелось бегать и орать от счастья, дыхание давным давно стабилизировалось, а мозг был занят другим- анализом происходящего.

"Теперь ты понял зачем стоило переть контейнеры бутербродами?" - Иннокентий с улыбкой обращается к Павлу.

Черный ржаной хлеб. Запах крепкого чая с лимоном. Здесь, на высоте 2291 запахи и вкус усиливаются в 2291 раз, самый обычный чай становится напитком богов. Под ногами пролетают маленькие самолеты, их масса выдерживает ветер. Вопреки ожиданиям, сноубордический костюм на случай Арктических аномалий не пригодился. Мне было очень удобно в трекинговых штанах без дополнительного слоя, термофутболке, свитере и тончайшей беговой ветровке. На голове естественно должно что-то быть. Мои волосы отменно контрастировали со снегом, но получить дозу солнечной радиации не особо хотелось. Ну и очки-полароиды, как само собой разумеющееся.


Зато кошечки очень пригодились.

Мы обошли край кратера и вернулись на ту же точку, но уже для спуска.
Огромные наносы, еще на начали таять. Они образовывали причудливые формы, которым тут же дали название "сопли Саурона". Удар ледоруба обнажал голубой лед, чистейший и необычный. Снег здесь был плотный, скристаллизировавшийся. Похожий на маленькие смерзшиеся икринки.

Мы пошли напрямик через ложбину, ибо свежие следы исключали опасность. Здесь было тихо и холодно. Так же спускались-поднимались траверсом во избежания осыпей и прочих неприятностей. Даже на наветренной стороне Солнце было сильнее холода, замерзли только руки и нос. Перчатки решили вопрос, и было вполне себе комфортно. В аренду взятые боты, олдскульные штиблеты Сэра Хиллари, были пожалуй самой удобной обувью в моей жизни. Мои личные ботинки, хоть и были шедевром походной галантереи, но для кошек жесткости было маловато.
Идти вдоль кратера было жутковато. Слева, в бездне вовсю работал комбинат по изготовлению туч. Воздух бурлил под нами и мы шли по самой кромке. Тут совсем не так как в кино. Вместо кипящей лавы, огненных фейерверков и магматического борща царило недвижимое ледяное безмолвие (и слава Богу).



Кстати говоря, вершина Нгаурухое является священной для маори, поэтому беспокоить высшие силы коммерческим кинематографом строго запрещено. Питер Джексон снимал сцены немного в стороне, но сам образ горы и её склоны остались оригинальными. Так же, красавица Нгаурухое снялась в рекламе Moët&Chandon B 1974.

Парни снова ушли вперед, мы держали дистанцию ибо таящие снега коварны и непредсказуемы. Обходили дыры проталин и сомнительные темные пятна. Вот здесь мне стало не по себе. Хоть в кратере и были следы, лететь с обрыва было бы не очень приятно.



Пожелали удачи смелым ирландцам, что поставили палатку за отрогом, и начали спуск. Решили идти по снежному склону. Ребята опытные, сильные и знающие - с ними не страшно. Структура снега менялась заметно по мере спуска. Мы то проваливались по щиколотку в проталины, то устраивали адский слалом на толстом насте. Вниз по сыпухе и крупным лавовым валунам идти не хотелось. Поэтому почти весь путь до низу мы прошли по снегу.



Вечерело. Из -за наветренной стороны прорвались облака и низины быстро затянуло белой пеленой. Солнце еще стояло высоко, и его свет таял в тумане, в который мы опускались. Странное ощущение создавало это атмосферное явление. Мне казалось, сейчас раннее утро и солнце вот вот растопит туман.



"Траверсом идите" - голос Иннокентия далеко внизу был весьма зловещим. Я задержалась на минуту, для дистанции и этот вид текущего воздуха запомнился мне, пожалуй, навсегда.

До хижины добирались уже в сумерках, низину полностью заволокло туманом. Я подняла Коптер вверх и немного поснимала пейзаж. Подниматься в туман я не стала, Иван не очень любит влагу. Консоль показывала четыре с половиной метра. Выше уже белое одеяло.

А хижина была полна людей, две семейные пары и компания мальчишек из Германии. Мы душевно подкрепились амброзией с тушенкой, напились чаю с шоколадом и еще немного обсудив впечатления отправились спать. Не было и девяти. Ночью в это время вполне себе прохладно. Однако спальник на -12 это весомый аргумент в борьбе с гипотермией. В силу весомости его далеко не унесешь, однако в хижине он оказался незаменим. Мерз только нос, но это уже мелочи.

Ранний подъем - 6:45. Вдали из - под пушистого облачного одеяла торчал снежный нос Таранаки. Это похожий одиночный вулкан-отщепенец на юге. У Mаори тоже есть легенда на этот счёт.



Туда мы тоже ходили, только в другое время года. Утренний чай, умывание ледяной водой и свежий ветер уничтожили остатки сна, горячая овсяная каша с орехами и сухофруктами придала сил. Беседа с ребятами привнесла позитивных эмоций и мы двинулись в путь. Немцы стартовали в большой трехдневный трек и им повезло: погода сегодня на самом красивом участке обещала быть отменной.

Ну а мы двинулись в город заряженные энергией гор и нацеленные на новые приключения.
18
 Моя Планета рекомендует 
Читайте также
Комментарии
alex alex
1
Отличное приключение и рассказ! Очень понравилось!
alex alex
0
И правда, места силы... чем-то таким там наполняешься...
Екатерина Рэд
0
да, вдали от города просыпается эта первобытная сила=)
Чтобы написать комментарий, вам необходимо авторизоваться или зарегистрироваться.