Форталеза – Ча Лонг Бей: три четверти длины экватора на надувном катамаране. Большие Антильские

Санто-Доминго



12 мая 2012 года мы наметили стартовать в Санто-Доминго – город Колумба. Пока Джек с капитаном закупают продукты и оформляют отход, мы с Юрой снова перекладываем шверт-тали. Когда я выныриваю из-под палубы стоящего в выходном канале катамарана, официант из бара с испуганным лицом начинает махать руками:
- Shark! Shark!
- Where is shark? – настороженно оглядываюсь я, но из рыб вокруг только обглоданная голова большого тунца, протухшая примерно неделю назад. Несмотря на протесты официанта, мы заканчиваем ремонт и спокойно идем выпить по банке пива в бар прямо как есть, в мокрых плавках. Там нам рассказывают, что рифовые акулы – частые гости в этой гавани. В меню этой рыбы человек не входит, днем она не охотится, но если начать ей грубить, то можно нарваться на серьезные травмы. В этот раз мы с ними не встретились.
Выходим вечером, перед закатом, чтобы в Санто-Доминго, до которого 120 миль, оказаться к утру. Погода быстро портится. Облака тащит по небу в два слоя, перпендикулярными направлениями, разводит крутую короткую волну – результат многократных отражений волн от берегов пролива Юма. В начале моей вахты, около 20 часов, катамаран начинает плохо управляться. На вымпеле в бакштаг уже за 15 узлов при скорости в 8 узлов и волне 2 метра. Приходится сменить кливер на стаксель. Через два часа, у южного мыса острова Саона, ветер скисает, и в полной темноте при отсутствии ветра приходится уворачиваться от большого сухогруза. Успокаивает то, что он, скорее всего, видит нас на радаре.
Через полчаса ветер стабилизируется. Но мы, похоже, оказываемся на торговом пути, большие «торгаши» идут один за другим. Настроение портит беспорядочная волна и обилие мусора. Уворачиваться от всех бревен не получается – темно. Рано утром, миль за 40 от Санто-Доминго, на скорости 7 узлов с грохотом налетаем на полузатопленное днище от рыбацкой лодки. Первый раз бурно благодарим столяра Джона с Тринидада – на рулях ни царапины. За полмили от устья реки Осама, на которой стоит столица Доминиканы, неудачным движением Юра опрокидывает в воду дублирующий навигатор. Garmin 60 оказывается погребенным на 600-метровой глубине. Вход в гавань видно и без навигатора, поэтому картплоттер решили не включать.
В городе все даже не говорит – кричит: «Колумб!». По правому берегу реки – статуя самого Христофора, сложив руки рупором, что-то кричит в сторону моря.

 


В исторической части, Зоне Колониаль – памятник его брату Бартоломео, который долгое время был губернатором Эспаньолы. Ну и одна из могил Христофора находится на восточной окраине Санто-Доминго. Почему одна из? Да потому что вторая – в Испании, в Севилье, и до сих пор никто не знает, какая из них подлинная.

 


Основная задача по хозяйству: починить наконец генератор. На наше счастье нам попался говорящий на русском болгарин Виктор. Он отвез капитана в представительство «Хонды», где под конец рабочего дня пожилой японец одной отверткой в течение минуты раскидал генератор, поменял мотор управления заслонкой и за пару минут собрал его снова. Наконец-то отпала необходимость экономить электричество на борту.
На мемориале Колумба мы побывали перед самым отходом. Увидев наши бороды, нам тут же дали скидку в полцены на билет. Как пенсионерам.

 



Сантьяго-де-Куба



Самым удобным для нас портом на Кубе был Сантьяго. Конечно, очень хотелось зайти в Гавану, но совершенно не хотелось бодаться со встречным течением. Из Сантьяго нам было очень удобно идти в сторону Мексики – на течение с юга мы наталкивались лишь милях в тридцати от Юкатана.



Из Санто-Доминго вышли во второй половине дня 16 мая. Ночь прошла спокойно, если не считать постоянно стучащий в шверт мусор. Утром пересекли границу Доминиканы и Кубы. Один из способов выживания гаитян – продажа древесного угля, поэтому лес на территории Гаити вырублен практически везде. По суше отчетливо видна граница между покрытой лесом Доминиканой и лысыми горами Гаити.
Часов в 9 утра Юра обнаружил поломанный вант-путенс. Нам повезло – он сломался на подветренном борту. Осмотрев второй и проведя короткий консилиум, понимаем, что это не избыток нагрузки на ванту, а дефект загиба стали, скорее всего трещина на загибе от неудачной запрессовки. Заводим и натягиваем два фала, ложимся в дрейф, ванта прослабляется совсем, ставим запасной путенс и продолжаем путь.

 


Ночью, проводив с траверза огни столицы и пройдя южную оконечность Гаити, попадаем в полосу слабого ветра. Периодически со стороны острова идут грозы, но до нас доходят лишь обрывки шквалов. К утру доползаем до Наветренного пролива и встаем окончательно. Мертвая зыбь и жара укладывает часть экипажа в палатку с морской болезнью. В попытках вырваться из пролива за день проходим несколько миль. Ночью нас стаскивает обратно течением. Отгребаем от Гаити мотором миль на 5. На следующий день до вечера проходим около 30 миль и выходим, наконец, из пролива с романтическим названием Наветренный и с совсем не романтическими штилями. Вечером с севера подтаскивает грозовой фронт, а за ним – стабильный восточный ветер. Всю ночь мы мчимся в сторону Кубы 10-узловым ходом. К полудню мы входим в залив Сантьяго под прицелом некогда грозного форта Кастильо сан Педро де ла Рока и встаем к причалам Пунта Горда.

 


Куба – в некотором роде заповедник социализма. Для тех, кто испытывает ностальгию по брежневским временам, надо делать сюда экскурсии. За пользование GPS и спутниковым телефоном – депортация. Общаться с капитанами кубинских яхт строго запрещено. Увидев новую яхту у причала, к воротам яхт-клуба подтягиваются попрошайки. Поняв, что мы просто так не подаем, направляют к нам детей. Сразу вспомнилось, как мы кидались на пестрые журналы и жевательные резинки, которые привозили иностранцы из неведомого «мира чистогана». Чувствовали они себя, наверное, так же, как мы в тот день – и людей жалко, и денег на всех не хватит. Пустые полки магазинов. Громадная очередь за мороженым. Огромные братья Кастро на стене дома. Что-то «оттуда», настолько навязчивое, что чувствуется даже в исторической части города. Навязавшийся к нам в гиды фарцовщик и контрабандист Педро неделю посвящал нас в недавние изменения в политике государства. Фидель – loco (псих). Рауль – тоже loco, но поменьше. Кубинцам уже разрешено держать ресторан или водить частное такси, разрешено иметь наличные доллары. Но бегущих во Флориду по-прежнему расстреливает с вертолетов кубинская погранслужба. А жители Сантьяго выживают как могут – рестораны, туристы, такси, контрабанда рома и сигар. И охранник яхт-клуба Норберто, учившийся в Союзе, умоляет нас забрать его в Россию. Мы краснеем, неловко улыбаемся и отводим глаза, но в темноте этого не видно. А в глазах у Норберто тоска…

 


Дел у нас было немного: проводить Юру в тихоокеанскую экспедицию «Огненное кольцо Земли», встретить Ирину - жену капитана, отремонтировать лопнувшее крепление гика и запастись провизией. Карибское турне, слегка подзатянувшееся из-за ремонта на Тринидаде, выходило на финишный рывок.


Текст: Станислав Березкин
Фото: Евгений Ташкин, Евгений Ковалевский, Станислав Березкин
9
 Моя Планета рекомендует 
Читайте также
Комментарии
Здесь пока никто не написал =(
Чтобы написать комментарий, вам необходимо авторизоваться или зарегистрироваться.