Добро пожаловать на остров Возрождения! (Часть 3)

Четверг. 22.10.2015

Итак, вместо двух дней для обследования Кантубека и ПНИЛ-52 у нас остался один. Сегодняшний. До города предстояло отмахать пятнадцать километров. Если приплюсовать сюда обратную дорогу и расстояние, между различными объектами Бархана, вырисовывалось кругленькое число – пятьдесят километров. Но для того-то мы и берегли силы, отказавшись от ночных дежурств.

Решили идти налегке. Взяли с собой аптечку, фонари, фотоаппараты, батарейки, по одной бутылке воды на человека, а также галеты и козинаки. Остальное упаковали в рюкзаки, и спрятали их под раскидистым саксаулом, предварительно обмазав мазью от ушибов и растяжений. Для чего? Мазь имела резкий напоминавший «Звёздочку», но вполне приятный запах. Таким способом мы рассчитывали отвадить местную живность от посягательства на наше добро.

Погода выдалась на удивление приятной: полный штиль, синее небо и яркое солнце.



- Погодка прямо как по заказу, - сказал Макс.
- Верно, - согласился я.

Рюкзаки закрывали спины, а дополнительные килограммы помогали согреться. Дул бы сейчас вчерашний ветер, и мы бы ошалели от холода. Так что нам здорово повезло.

Шагать без рюкзаков было истинным блаженством. И мы развили приличную скорость. Справа забелели покосившиеся столбы линий электропередач. Я показал на них напарнику:

- Видимо, эта ЛЭП тянется до пристани. Скоро пересечём дорогу.

И действительно. Сначала нам повстречалась огромная покрышка,



потом горка заготовленного кем-то валунника,



а через несколько метров мы вышли на саму дорогу.



Дорогой по-прежнему пользовались. Я остановился и присел, чтобы тщательнее рассмотреть следы от протектора.

- Хэлл, может, пойти по дороге? Я понимаю, что мы дадим солидный крюк. Но по дороге идти легче, - предложил товарищ.
- Нет, Макс. Не пойдём. Посмотри на следы. На них нигде не лежит ни соринки, ни травинки. И выглядят они так, будто здесь проехали пару дней назад. И на обочине почти негде спрятаться.
- Да уж… - вздохнул Макс.

Я был полностью солидарен с товарищем, но следовало соблюдать скрытность. Поэтому мы пошли дальше месить рыхлый песок.

Чем ближе подходили к Бархану, тем гуще становилась растительность. Саксаул уже не рыжел жалкими пятнышками, а выстраивался в зелёные стенки, пробиться сквозь которые не представлялось возможным. Рельеф тоже изменился. На горизонте проступили холмы и низины, а где-то на северо-западе чернела отвесная скалистая часть берега. Концентрация мелких ракушек под ногами таяла с каждым километром. Нам стали попадаться зайцы. Они выскакивали буквально из-под ног, и, энергично выбрасывая лапы, улепётывали в неизвестном направлении. Всего в тот день мы вспугнули шесть штук.

Справа в низине раскинулся солончак.



На северо-западе всё также маячил обрывистый берег.

А на севере в плывущем мареве проступали угловатые очертания зданий.
- Это оно? – спросил Макс.
- Да, это Бархан. Те здания, что ближе - это жилой городок Аральск-7. Которые подальше – лабораторный комплекс. А во-о-он там на северо-востоке аэродром. Видишь здание диспетчерской?
- Похоже на Мордор…

Мы сделали короткий привал, перемотали портянки, съели несколько галет и двинули дальше. Наше продвижение стали затруднять чересчур плотные заросли саксаула. И не то, чтобы он рос сплошняком. Просто нам приходилось много петлять, дабы найти очередную прореху в живой изгороди. Путеводной нитью в этом лабиринте служили знакомые следы от мотоциклов.



Неожиданно для самих себя выбрели на укатанную грунтовку. Я сверился со спутниковыми снимками.

- Отлично, это как раз та дорога, которую мы видели утром. По ней и пойдём.
- А если машина? – просил Макс.
- Нырнём в кусты. Смотри сколько их тут, и какие они здоровые.

Дорога спустилась в овраг, затем поднялась. Сделала поворот, и перед нами выросли первые здания.



Мы медленно, почти крадучись пошли вперёд, поминутно замирая и прислушиваясь. Добрались до угла трёхэтажной казармы,



выглянули на плац.

Обширный квадрат был вымощен бетонными плитами. Посреди него раскинулись заросли кустарника, окружившие невысокую бетонную стелу. В промежутках между изломанными плитами торчала всевозможная растительность. По периметру плаца расположились штаб полка, две казармы и солдатская столовая.







Прошли вдоль казармы. Наше внимание привлекла курилка, а точнее уцелевшие лавочки.



Мы уселись на подгнившие доски и вытянули гудевшие от усталости ноги. Глотнули воды.



Я посмотрел на часы: без четверти три.

«Эх, как мало-то. Здесь бы пару дней побродить, чтобы всё осмотреть… Увы и ах! Судьба распорядилась иначе, выделив нам лишь несколько часов. Придётся довольствоваться этим. С другой стороны, мародёры настолько усердно тут поработали, что внутри зданий почти не осталось ничего, кроме голых стен и бесформенного хлама. Это, конечно, не Припять с её относительно целыми квартирами.»

Я покосился в сторону подъезда.



Распахнутые двери, выбитые стёкла, у выхода куски батарей и мебели. Через оконные проёмы проступали очертания опустошённых помещений.

- Макс, как ты понимаешь времени у нас в обрез. Поэтому ограничимся посещением только некоторых построек.
- Хорошо. Заглянем в штаб?
- Да, начнём с него.

Похрустывая бетонной крошкой и битым стеклом, направились к зданию штаба.





Взгляд в прошлое: «На песочке каждый всякий мог позагорать… А вот после обеда, в преддембельском предвкушении понежиться на крыше ШТАБА, на самой его высокой точке... Вот это было прикольно! Плюс адреналин!» Вадим Трухин





Внутри царил полный кавардак. Лохмотья отставшей краски свисали со стен. Пол усеивали бумаги, разломанная мебель, литература идеологической направленности. На полках стеллажей ещё лежали банки, склянки, детали радиооборудования. В одной из комнат обнаружился коммутационный шкаф АТС. И многочисленные разбитые телефонные аппараты.













Характерная комнатка с массивными металлическими сейфами нашлась быстро.



Частично вскрытые сейфы хранили на себе отпечатки наивности мародёров.



Уж не знаю, что они там чаяли найти, но, уверен, внутри ничего ценного не отыскали. В прочем, и у меня шелохнулось любопытство, как и всегда при встрече на заброшенном объекте с чем-то закрытым и заведомо пустым. А вдруг там всё-таки что-то есть?

Из окон верхнего этажа открывался отличный обзор на город.



Взгляд в прошлое: «…со второго этажа штаба прямо - родная столовка и родная казарма. Первый подъезд – чепарь. Второй подъезд, первый этаж - родная рота охраны и узел связи, второй этаж - уже не помню ,а третий этаж чепики.» Игорь Толмачёв, 1984-86гг, рота охраны.






Взгляд в прошлое: «Одноэтажное здание без крыши - инфекционное отделение» Сергей Орёл

«9-ого мая 1971г на построении полка, на стадионе, мне объявили отпуск. Наверное, от радости я потерял сознание, (тепло переносил нормально, даже в защите). Очнулся в этом здании. Тогда был госпиталь.» Григорий Павлов, 1969-71гг, химик.
«Я в госпиталь по дурости попал с воспалением легких под самый дембель... Решили пофотографироваться в труселях на снегу. Но почему-то у фотоаппарата затвор заело, и пришлось поваляться дольше, чем планировал... В итоге, 40 дней пролежал в этом сарае, из них дня 3 под капельницей и с температурой 41.... Задница потом от уколов деревянная стала, а вены на руках, как у наркомана.... Лечила меня, насколько я помню, жена нашего ротного, Васечкина. Красавица!» Дмитрий Истомин

«В инфекционке месяц пролежал с желтухой. Забирали "по скорой" с ночного дежурства на "ВОЛГЕ", терял уже сознание. Помню, кормили прилично. За месяц отожрался так, что хэбэшка стала маловата. Перед инфекционкой деревянный домик с двумя окнами - это кладовая госпиталя. Меня как выздоравливающего припахали помогать складывать бельё. А гладила его симпатичная девушка казашка, чья-то жена, уже не помню чья.» Вадим Трухин


Не высовываясь из окон, стоя в полумраке, мы долго изучали заброшенные здания. Громкий удар по деревянной поверхности нарушил царившую над городом тишину. Несколько минут напряжённого ожидания. Снова удар. Определили положение источника звука - это редкие порывы ветра хлопали деревянной дверцей на чердаке дальнего дома. Возле другого строения заметили движение. Что-то белое мелькнуло за углом. Показалось и снова исчезло из виду. Тоже ветер. Играл куском белёсой ткани.

Мы покинули штаб и направились к складу ГСМ.





Площадку с тремя топливными резервуарами опоясывал забор из колючей проволоки.



Кроме, этих гигантских ржавых бочек,



здесь кучей были навалены ёмкости меньшего объёма,



а на задах обнаружилась любопытная штука. По-видимому, плавучая цистерна.






Взгляд в прошлое: «Эта хрень лежала у нас на ГСМе, начальник звал её СИГАРОЙ. Это наливная ёмкость с бензином цеплялась к кораблю и плыла за ним. Она есть на фото еще не такая ржавая, или в моём альбоме, или у Морозова. Мы на ней верхом сидим.» Виктор Полончук, 1978-80гг, 7-ая рота, водитель-моторист.

За проволочным заграждением расстилалось дно пересохшей бухты,



Поодаль торчали обрезанные опоры причала.





На противоположном берегу яркой звездой мерцал солнечный блик. Я достал листы спутниковых снимков. Но судя по ним, на там не находилось каких-либо объектов. Разумеется, во время подготовки карт, я мог пропустить сторожевую вышку или будку дежурного, и не сделать соответствующих отметок. На всякий случай я предостерёг Макса:

- Пока ходим тут, посматривай в сторону блика.
- Хорошо. Меня он тоже настораживает.

От топливного хозяйства проследовали к дизельной электростанции, внутри которой замерла шеренга дизель-генераторов. Когда-то они снабжали электроэнергией весь остров Возрождения (за исключением лабораторного комплекса – там была своя электростанция), теперь их поршни и генераторы замерли в безвременном ожидании соляры.





Взгляд в прошлое: «1980-82 было пять рабочих дизелей и начали пристраивать ещё для двух. Дизель шесть цилиндров, диаметр поршня: 820мм, рабочие обороты: 375 в минуту, охлаждение двухконтурное: пресная вода охлаждала двигатель, а морская охлаждала пресную. Так вот самое хреновое было чистить эти охладители да масло менять…» Владимир Фёдоров, 1980-82гг, ЭТР, 1-ый взвод, дизелист.

В раздевалке рабочих сохранились плакаты по правилам охраны труда.



На полу валялось грозное оружие минувшей эпохи – рогатка. Сделанная с толком и умением. Хоть сейчас цепляй резинку и стреляй!

[/size]

Ещё заглянули в офицерский клуб. Но там мало что уцелело: облупившиеся рисунки да пластиковая имитация лепнины. Крыша над актовым залом обрушилась, и её заменил небесный свод.





Взгляд в прошлое: «Клуб такой громадиной казался. Два этажа. Между ним и школой был фонтан, наружные стенки которого были выложены битой кафельной плиткой, а в центре фонтана стояла жёлтая лира, периметр которой был утыкан электрическими лампочками. Ни разу не видел их горящими, да и воды там не видел, кажется, тоже....» Ольга a-k-a Рыжий

Мы проходили по улицам, дворам и закоулкам Аральска-7.
















Взгляд в прошлое: «Слева 6 дом (мой), в середине - 1, справа – 7» Ирина Антакова
«Когда садилось солнце и спадала жара, мы выходили в этот двор и культурно отдыхали.» Сергей Такеев, 1988-91гг ЭТЧ полка, последний начальник котельной.







Взгляд в прошлое: «Так точно - общага, а на первом этаже слева - телецентр.» Сергей Лупин, 1983-85гг, начальник финслужбы.
«Практически все лейтенанты начинали свою жизнь на Бархане в ней, особенно холостые.» Сергей Такеев, 1988-91гг ЭТЧ полка, последний начальник котельной.






По пути нам встречались сгоревшие и завалившиеся ангары, остовы всевозможной техники и агрегатов, нагромождения металлоконструкций,







Взгляд в прошлое: «…это останки ПНУ (перекачивающая насосная установка). Я такой две навигации солярку качал с кораблей из бухты Северной в городок на ГСМ и котельную.» Виктор Полончук, 1978-80гг, 7-ая рота, водитель-моторист.











и даже скелет самолёта,





Взгляд в прошлое: «… на аэродроме стоял АН двухмоторный, раздолбанный. Драли кому что надо. Я трубку нержавейку отломил. Миша Сенькин токарь РММ, сделал кольцо. Вот оно на пальце 45 лет.» Виктор Чихирников,1970-72гг, 1-ая рота, 1-ый взвод, водитель




напутствия и лозунги,





спутники домашнего быта, выброшенные на улицу,











и незатейливая дворовая инфраструктура.





Взгляд в прошлое: «Школьный двор. А впереди по центру почта, там моя мама работала.» Ирина Антакова







Я, конечно же, не мог просто так пройти мимо арки с надписью «Добро пожаловать». Передав фотоаппарат Максу, я встал под ней, а товарищ сделал фото, которое впоследствии предполагалось включить в самое начало повествования о заброшенном городе.



- Хэлл, думаю из крайних квартир того дома, сможем хорошо разглядеть территорию лабораторного комплекса, - сказал Макс и махнул в сторону белого кирпичного дома.



Взгляд в прошлое: «Это самый молодой дом. В нём жил командный состав полка и площадки.» Сергей Такеев, 1988-91гг ЭТЧ полка, последний начальник котельной.



Прошли к крайнему подъезду и поднялись на третий этаж. Растворённые настежь двери квартир приглашали в гости, и мы проследовали в ту, что была справа. От прежних хозяев остались, истлевшие обои и угол кухни, облицованный разноцветной керамической плиткой. Из кухни можно было выйти на балкон.



(продолжение в следующей части)
2
 Моя Планета рекомендует 
Читайте также
Комментарии
Здесь пока никто не написал =(
Чтобы написать комментарий, вам необходимо авторизоваться или зарегистрироваться.