Греческие дневники: Сими

 

Остров для медитаций.

 

С Родоса до Сими всего 25 морских миль и столько же до Сими с Алимьи и Халки. Четыре часа под парусом или полтора часа на пароме — и вы окажетесь на одном из самых живописных островов Додеканского архипелага, что подтверждается киношниками, выбравшими остров в качестве естественной декорации к своим фильмам. Один из самых известных голливудских фильмов «Пушки острова Наварон» снимался еще в начале 60-х именно здесь, в горах и бухтах Сими, а не только на Родосе, как считают многие. В фильме блистают звезды мирового кинематографа Грегори Пек, Энтони Куинн и Дэвид Найвен. Сюжет, правда, незатейлив, как, впрочем, во многих других голливудских фильмах про войну. 1943 год. Идет Вторая мировая. Группе британских коммандос приказано уничтожить немецкую береговую батарею с парой крупнокалиберных орудий, расположенную в труднодоступном и хорошо охраняемом каземате на острове Наварон в Эгейском море. В итоге враг побежден, предатель наказан, наши победили. Поскольку остров в фильме — ну что-то вроде еще одного действующего лица, это, безусловно, отразилось на конечном продукте самым лучшим образом. Благодарные греки впоследствии подарили Энтони Куинну за заслуги одну из бухт на Родосе, но, по-моему, он этим никак не воспользовался. Хотя местечко с тех пор так и называется — бухта Энтони Куинна.

 

 

Я, хотя и зачитывался греческой мифологией с детства, сейчас отношусь к этим историям с известной долей юмора, всегда зная при этом меру. А мои греческие друзья относятся к этому вопросу вполне серьезно, считая этот культурный пласт, возможно, главной частью своего исторического наследия. Они полагают, что все события, персонажи и хитросплетения греческой мифологии в той или иной форме когда-то на самом деле существовали. Поэтому к их утверждению, что именно на острове Сими аргонавты строили свой корабль «Арго», я с годами стал относится без скептицизма. Трою же однажды нашли!

Остров живописен, невелик по размеру и малонаселен — на машине его можно проехать за 30 минут. При этом до Второй мировой войны на нем проживало около 30 000 жителей, которые постепенно оставили остров, разлетевшись по планете (после 1912 года остров в очередной раз поменял владельца — весь Додеканес после небольшой, но очень победоносной войны перешел от Турции к Италии). Численность жителей на сегодняшний день остается на уровне 1939 года — около 2000 человек.

 

 

Остров глубоко вдается в материковое побережье Турции, что, впрочем, не делает его менее греческим. Тем не менее, архитектура главного города Сими радикально отличается от архитектуры, скажем, острова-вулкана Нисироса, который находится всего в 35 морских милях на северо-запад. Там бело-голубые домики, свойственные больше Кикладским островам, а здесь все постройки, как в пряничном городе, раскрашены во все мыслимые цвета. Здесь все как в любом греческом городке: уютные таверны и сувенирные лавки. Но Сими издавна считается островом рыбаков и ловцов губок — приезжие туристы покупают в качестве сувенира губки, а по вечерам дегустируют мелкую жареную рыбешку. Если хотите повкуснее и подешевле, то выбирайте то место, которое облюбовали местные жители. Этот принцип действует далеко не всегда, но тут он работает. Крупные и мелкие куски ржавого железа на набережной — не что иное, как эхо войны, причем не только немецкое и не только Второй мировой. В морском музее — вся история этого очень моряцкого острова, экспонатами которого служат всякие девайсы, найденные большей частью на дне моря.

 

 

Главная же достопримечательность острова — бухта Панормитис, вернее, не столько бухта, сколько монастырь, расположенный на ее берегу. Причем кроме монастыря здесь никаких других построек нет, если не считать небольшой таверны, которая закрывается в конце ноября с окончанием яхтенного сезона.

 

 

Уголок этот удивителен. Здесь почти не бывает людей, если не считать паломников, яхтсменов и туристов, которых привозят на пароме всего раз в день в районе полудня, да и тех через час увозят прочь. Паром засасывает туристов в свое чрево и дает прощальный гудок, обещая вернуться сюда через сутки. Монастырь и бухта вымирают — солнце, скалы, море, купола… Все это каждый час оглашается колокольным звоном. В утренние часы Панормитис становится идеальным местом для медитации. Отсюда трудно вырваться, здесь всегда хочется остаться подольше, перестать торопиться, убегать от непогоды или ловить попутный ветер. Любому, кто посягает на твой дзен в такие моменты, хочется сказать: отойди, ты заслоняешь мне солнце!

 

 

Выползаешь на палубу, щурясь на солнце, которое уже осветило монастырскую бухту. Тихо опускаешься в соленую купель, переворачиваясь на спину и вглядываясь, как в первый раз, в бездонное голубое небо.

В такой момент можно загадать все что угодно — и желание обязательно сбудется. Не нужно ничего глобального, лучше загадать что-то земное и доступное. Загадываешь, и желание тут же сбывается — еще минут десять плещешься в тишине и одиночестве, переполненный эмоциями. В такой момент действительно хочется побыть наедине с собой и с Ним.

Потом сидишь на еще влажной от росы палубе с кружкой горячего кофе и слушаешь джаз. Джаз сменяется саундтреком из фильма Кустурицы «Жизнь как чудо». Яхтенный народец на соседнем судне просыпается и машет мне рукой. Да, действительно, жизнь — это чудо! 

 

 

Но временами эта уединенная бухта становится весьма оживленной. Когда прилетает южный шторм, яхтсмены стараются зайти сюда как в наиболее удобное место для якорной стоянки, уплотняя и так переполненную бухту. В такие ночи она напоминает больше кухонную раковину, забитую посудой после семейного торжества. На бухту опускаются сумерки, стояночные огни на мачте начинают плясать, ванты на ветру издают посвист, сливаясь в жуткий протяжный вой, — сразу вспоминается рассказ Джека Лондона «Ночь на Гобото». И тогда найти место для постановки на якорь бывает ой как непросто. Владелец таверны Михалис в такие моменты радостно потирает руки, призывая небесную канцелярию ну хоть еще на денек продлить непогоду: свободных мест в таверне нет, а выручка приобретает нескромные размеры.

 

 

Главная святыня монастыря, всей Греции и вообще православного мира (собственно, почему сюда все так стремятся) — чудотворная икона Архангела Михаила больше человеческого роста и с дорогим серебряным окладом. Без натяжки можно сказать, что монастырь — это центр паломничества всегреческого масштаба и второй по значению на Додеканском архипелаге после Патмоса. Островитяне почитают святого как покровителя моряков наряду со святым Николаем. Считается, что если бросить в море сосуд с запиской к святому, то однажды его прибьет в бухту Панормитиса и просьба исполнится. Действительно, в подтверждение этого чуда в одном из помещений монастыря собрано множество таких посланий совершенно разных форм и размеров, прибитых к монастырскому берегу в разные годы. Учитывая, что вход в бухту довольно узок, всего несколько десятков метров, это вполне можно назвать чудом. Согласно преданию местная крестьянка, ковыряясь в огороде на берегу бухты, нашла небольшую иконку Архангела Михаила, которую принесла домой. Наутро икона исчезла и опять была найдена в огороде. После третьей находки к крестьянке явился сам предводитель небесного воинства и велел уже таки перестать таскать икону с места на место и оставить ее в бухте Панормитис. Потом для иконы в бухте построят небольшой храм, на месте которого в XIV веке, при рыцарях-иоаннитах, вырастет монастырь Панормитис. Во времена владения островом османами монастырь сильно пострадал и был вновь отстроен уже в XVIII веке. Вообще, обретение икон в Греции — это особая история, мне приходилось не раз бывать в храмах, которые были построены на месте, где море когда-то выбросило на берег икону.

Склоняюсь к версии, что это были корабельные иконы, уцелевшие после кораблекрушения, поскольку в прошлом мореплавание не было безопасным делом. Наиболее яркий и близкий нам пример — часть корабельного иконостаса русского военного корабля, выброшенная на восточное побережье острова Тинос в 1770-х годах после морского сражения. Впоследствии здесь был построен храм, главной святыней которого является как раз центральная часть иконостаса. Поскольку греки участвовали в спасении русских моряков, то в данном случае причинно-следственная связь установлена. В большинстве же случаев корабли, как и люди, погибали без следа, не оставляя ничего, кроме спасательных кругов и масляных пятен.

 

Продолжение следует...

 

Качайте путеводитель по Греции

App Store 
Google Play

 

Специальная благодарность региону Южных Эгейских островов, Генеральному секретариату информации и коммуникации Греческой Республики.

1
Комментарии
Здесь пока никто не написал =(
Чтобы написать комментарий, вам необходимо авторизоваться или зарегистрироваться.