Энтомолог испытал на себе жала 83 насекомых

 

Джастин Шмидт — энтомолог, специализирующийся на перепончатокрылых, изучает их особенным образом. Его интересуют не только строение и особенности поведения насекомых, но и боль от их укусов.

 

Осы, муравьи и пчелы пугают большинство людей из-за их назойливости и опасности укусов. Шмидт, проживающий в городе Тусон (штат Аризона), сетует, что насекомые стали объектом ужасающей пропаганды. Это хорошо просматривается в интернете, в первую очередь когда мы видим фотографии, на которых тому или иному безобидному муравью присвоены гигантские размеры, а также в кино и литературе. При этом мир насекомых, самый обширный на Земле, до сих пор остается до конца не изученным.


Шмидт является автором шкалы силы ужалений (Schmidt Sting Pain Index), на которую теперь принято ссылаться при оценке укусов тех или иных насекомых. Не так давно весь свой опыт Шмидт собрал в новой книге «Укус природы: История человека, который пострадал за науку» (The Sting of the Wild: The Story of the Man Who Got Stung for Science). Труд повествует об уникальном исследовании автора, испытавшего на себе укусы 83 насекомых, и содержит описание болевых ощущений от каждого из них. Например: «Пчела настоящая — уровень боли 1. Почти приятный, будто любовник прикусил мочку уха чуть сильнее, чем нужно». Или: «Муравей Pogonomyrmex maricopa — уровень 3. После восьми безжалостных часов вращающейся боли в ногте на ноге вы найдете "сверло", вклинившееся в ноготь». Или: «Оса-сапига: 0,5 уровня боли — разочарование, будто скрепка упала на голую ногу». Иногда описания не столь конкретизированы, сколь поэтичны. К примеру, боль от укуса осы Polistes carolina, которой Шмидт присвоил третий уровень, такая, «словно вы прикоснулись к голубой сердцевине огня».

 

Эта удивительная лирика являет собой красноречивый аргумент: древние загадки насекомых доступны нам. Благодаря шкале ужалений Шмидт помогает людям и насекомым сблизиться, точнее сказать, он демонстрирует, насколько мы уже близки в постоянном общении на языке боли. Такой подход вряд ли можно назвать идеально научным. Во-первых, выборка слишком крошечная, не учтены возраст насекомых или их размещение на теле жертвы. Даже при самых благоприятных обстоятельствах уровень боли измерить трудно.

 

С 1990-х годов шкала Шмидта была объектом медийных спекуляций. Ее автор появлялся как на проектах BBC, так и на развлекательных шоу, например по случаю выхода фильма «Человек-муравей». Он принимает свою роль в качестве «каскадера», потому что хочет, чтобы люди имели возможность прикоснуться к неизвестному. При этом Шмидт глубоко сожалеет, что человечество находится во власти страха перед насекомыми: «Мы хищники, и насекомые — лишь очень осторожные и изобретательные жертвы», — считает он. Шмидт полагает, что мы должны познавать боль, как хищники, и хранить ее в памяти. Свою работу автор считает в некотором роде мемуарами образования одного хищника.


Разумеется, с химической точки зрения можно напрямую измерить ущерб от укуса, оценив уровень токсичности. Определив химические компоненты конкретного яда, ученые измеряют долговременность ущерба для органов жертвы. Например, меллитин из яда медоносной пчелы вызывает локализованную боль, которая может переместиться к сердцу. Если достаточное количество пчел укусит жертву, яд может остановить ей сердце. Но болевые ощущения от каждого укуса — совсем другое. Укус осы рода Pepsis гораздо сильнее, чем у медоносной пчелы, но ее яд не оказывает столь разрушительного воздействия на организм жертвы. «Понимание токсичности укуса одних насекомых, другими словами, не полностью отражает уровень опасности других», — поясняет Шмидт. Для этого он и создал свою шкалу.

 

В 2015 году сотруднику Юго-Западного биологического института Аризонского университета, доктору философии и профессору Джастину Шмидту вручили Шнобелевскую премию. 

2
Читайте также